Fashion tech lab мирослава дума – Fashion Tech Lab: Мирослава Дума запускает новый проект – экспериментальную лабораторию | Vogue

«Модная индустрия больше не будет прежней» :: Герои :: РБК.Стиль

Эмма Уотсон ведет отдельный инстаграм, в котором подробно рассказывает о своих экологичных нарядах: платье из органического шелка, белье из волокон дуба. Наталья Водянова — лицо специальной линии H&M, в которой вещи создают в том числе из пластика, собранного на океанском побережье; в одной из таких актриса Руни Мара не постеснялась прийти на пост-оскаровскую вечеринку журнала Vanity Fair. Супруга Колина Ферта, Ливия Ферт, руководит консалтинговым агентством Eco-Age, помогающим брендам осваивать «безвредный» подход к созданию нарядов. На первой странице модного словаря сегодня красуются sustainable и conscious: наконец выпорхнув из анекдотической картины «нечего надеть!», обычно сопровождающейся гардеробом без начала и конца, самые яркие представительницы fashion-сферы и к ней примыкающих призывают следить за составом платьев с тем же тщанием, что пять лет назад — за содержимым тарелок. На передовой этой борьбы с перепроизводством и, как следствие, загрязнением окружающей среды — наша соотечественница Мирослава Дума, чей новый проект

Fashion Tech Lab обещает перевернуть представления об одежде, наконец найдя долгожданный компромисс между модным и технологичным. В состав совета директоров FTL вошли такие люди как Диана Фон Фюрстенберг, одна из самых влиятельных женщин в индустрии моды, президент Американского совета дизайнеров моды, та самая Ливия Ферт, основатель компании Eco-Age, инвестор Кармен Баскет, председатель совета директоров Tod’s Диего Делла Валле, молодой президент Rimowa Александр Арно, американский медиамагнат Остин Хёрст, его жена и дизайнер Габриела Хёрст, декан института дизайна Parsons Бурак Какмак и многие другие.

В портфолио Fashion Tech Lab уже несколько перспективных компаний: например, итальянцы Orange Fiber, научившиеся создавать ткань из отходов, образующихся при производстве апельсинового сока, американцы Diamond Foundry, выращивающие настоящие бриллианты размером до 15 карат в лабораторных условиях, засекреченная лаборатория из Сан-Франциско, в которой ужe разрабатываются кожа и мех из стволовых клеток, и россияне

Hydrop, уникальные нанотехнологии которых позволяют защищать ткани от жидких загрязнений и придают одежде антибактериальные свойства. Но то ли еще будет — судя по разговору, Дума настроена более чем серьезно.

© пресс-служба Fashion Tech Lab

— Вы так долго пробыли в мире моды, успешно занимались медиа. Почему решили взяться за другой, более глобальный проект?

— Я обдумывала его на протяжении трех лет, особенно активно — в последний год. В какой-то момент обнаружила, что модная индустрия — вторая по загрязнению окружающей среды, и была потрясена этим «открытием». Скажу честно, мне всегда казалось странным происходящее в сфере моды: немало ее представителей ведут себя так, словно спасают жизни, но правда в том, что она вообще ничего не спасает, а я — маленькая деталь гигантской машины пропаганды. Помню, года полтора назад сидела на показе с мыслью, что лучше бы осталась дома с детьми, да и вообще — что не занимаюсь ничем таким, чем они могли бы гордиться. Все это совпало с периодом, когда я активно ездила по различным конференциям, форумам, и во время одной из таких поездок познакомилась с представителями технологической компании, которая занималась разработкой новых материалов неживотного происхождения — и это перевернуло мой мир с ног на голову! Стало очевидно, что в сфере материаловeдения творится настоящая революция — и она выходит за рамки ожидаемых областей вроде армии и космических систем. Когда Леонов в 1965 году совершал первый для человечества выход в открытый космос, академик Королев контролировал его самочувствие с Земли благодаря «умным» тканям и встроенным в скафандр микрокомпьютерам. Температура тела, давление — все можно было отследить. Такие технологии долгое время держались в секрете, о них банально мало кто знал; а мы стали думать о том, как внедрить их в жизнь. Прошлый год оказался очень сложным для всего мира (от выборов в Америке до Брекзита), что в свою очередь повлияло и на индустрию моды. Например, свои позиции стали терять даже крупные бренды вроде

Ralph Lauren, медиа страдали из-за сокращения рекламных бюджетов. Что-то явно шло не так.

И я поняла: модная индустрия больше не будет прежней. Мир стоит на пороге четвертой индустриальной революции — и нам повезло, что можем приложить к ней руку. Отсюда и решение сделать нечто такое, что соединит все точки: моду, технологии, горящих идеями людей.

Аналитики предсказывают, что к 2025 году десятая часть человечества будет ходить в вещах, подключенных к интернету, около 700 млн человек. И это не прихоть, а способ борьбы с конкретными проблемами. У нас была встреча с компанией, занимающейся производством одежды с микроскопическими сканерами для больных диабетом: когда уровень сахара в крови повышается, сканеры посылают сигнал гаджету. Представьте, что когда-нибудь подобные технологии будут повсеместно распространены и вещи смогут собирать и передавать людям информацию об их состоянии здоровья. Это было бы прекрасно, к примеру, для ухода за пожилыми или проходящими курс лечения людьми, детьми с особенностями развития.

Капсульная коллекция
Salvatore Ferragamo
, созданная с использованием переработанной апельсиновой кожуры

© пресс-служба Fashion Tech Lab

Капсульная коллекция Salvatore Ferragamo, созданная с использованием переработанной апельсиновой кожуры

© пресс-служба Fashion Tech Lab

Капсульная коллекция Salvatore Ferragamo, созданная с использованием переработанной апельсиновой кожуры

© пресс-служба Fashion Tech Lab

© пресс-служба Fashion Tech Lab

© пресс-служба Fashion Tech Lab

— Как вы находите компании, которые ведут разработку новых материалов? И как понимаете, что технология перспективная и ее действительно стоит применить?

— Наш главный инновационный эксперт — выпускница Стэнфорда и Массачусетского технологического института, доктор наук Аманда Паркес (Amanda Parkes), кроме того, участница MIT Media Lab, то есть какие-то идеи может привнести и оттуда. Она хорошо знает рынок, понимает, кому можно доверять, а кому — нет. Когда мы объявили набор, кто-то подумал, что это очередной модный стартап. Приходили люди из индустрии моды, особенно те, кто занимается e-commerce. Но мы отбираем только тех, кто работает в сфере нано- и биотехнологий, материаловедения. Мы проводим отбор проектов и технологий по всему миру (от МГТУ им. Н. Э. Баумана и Сколковского института науки и технологий в России до

Parsons, MIT, Harvard в США, или Fraunhoffer в Германии), стараемся взаимодействовать с как можно большим количеством различных организаций, институтов, лабораторий и экспертов. Мы сотрудничаем с Британским модным советом и его главой Кэролайн Раш (она одна из наших советников), студентами Central Saint Martins и многими другими. Очень скоро объявим о партнерских проектах с международными школами дизайна. Недавно, например, встречались с представителями H&M: планируем кооперацию в программе H&M Foundation's Global Change Award и соинвестируем с их фондом в один очень интересный проект.

— Я читал, что ваша лаборатория будет предоставлять на основе новых материалов решения для брендов. То есть любой представитель марки сможет обратиться к вам за разработкой?

— Не совсем так. У нашей организации четыре уровня. Первый — инвестиционный и исследовательский. Второй — инкубатор и условное агентство, поддерживающее технологии и определяющее, какими именно стоит делиться с брендами. Третий — инновационная экспериментальная лаборатория, целью которой является объединение компаний из технологического сектора с поколением дизайнеров из ведущих университетов мира для производства готовых продуктов, где анализируют проблему, а затем ищут способ для ее решения; грубо говоря, эта лаборатория совмещает технологии с модой, ведь существует стереотип, что если вещь технологичная — скорее всего, немодная, так что немаловажную роль играет эстетическая сторона. Мы также заинтересованы в том, чтобы создать продукт, который могло бы себе позволить максимально большое число людей. И который бы при этом помогал справиться с глобальными проблемами — скажем, переработкой отходов или колоссальным потреблением и загрязнением воды. В нашей лаборатории сейчас разрабатывают продукцию с использованием материала, который, благодаря своим свойствам, может выдержaть больше 20 носок без стирки. Другой пример — наноматериал, обладающий антибактериальным эффектом; его можно задействовать и в медицине, и в производстве школьной формы. Четвертый уровень — благотворительный, направленный на поддержку международных организаций по борьбе с загрязнениями окружающей среды и социальных проблем, связанных с индустрией моды (например, поддержка женщин-предпринимателей в странах третьего мира).

© пресс-служба Fashion Tech Lab

— Использовать или не использовать новые технологии — это выбор не только компании, но и потребителя. Как привлечь покупателя? Ведь в идеале стоимость одежды, которой занимается Fashion Tech Lab, не должна отличаться от той, что сделана из привычных материалов?

— В новой эре у нас будет и новый тип покупателей. Сегодняшние дети изучают в школе экологию, изначально внимательнее относятся к окружающему их миру. Да и вообще, люди, в конце концов, поймут, что купить дорогую футболку, за год не потеряющую внешний вид, лучше, чем футболку дешевле $20, которую не только произвели в ужасающих условиях порабощенные сотрудники фабрик третьего мира, но и обработали огромным количеством химикатов, плюс уже после первой стирки она будет выглядеть плохо. Эстетическая сторона все еще играет немаловажную роль в росте и продвижении модной индустрии размером в $2,4 триллиона. Но новое поколение Z понимает разницу между функциональным, технологичным и модным продуктом, и вещью на один день, которая по своей сути просто не может стоить дешевле бургера в ресторане.

— Сейчас у вас капитал в $50 млн. На что хватит этой суммы? Будет ли второй, третий раунд инвестиций?

— Особенность Fashion Tech Lab в том, что FTL функционирует не как классический венчурный фонд, который наполняется деньгами и вслепую для инвесторов инвестирует их в проекты с целью скорейшего закрытия фонда и ожидания выхода из компаний, а в формате инвестиционной компании с возможностью выбора объекта инвестиций. Такая структура более гибкая и позволяет инвестировать в компании на разных стадиях, в разных объемах и привлекать в любой момент внешних дополнительных инвесторов.

— Хотелось бы узнать больше о каких-то личных вещах. Например, ваш распорядок дня. Во сколько просыпаетесь? На скольких встречах бываете за день?

— Вы знаете, у меня трое маленьких детей (третьего ребенка, дочь Диану, Мирослава родила месяц назад — прим. ред.)…

Мирослава Дума

© Edward Berthelot/Getty Images

— Вот я и удивляюсь, как вы все успеваете!

— Мне кошмары снятся по ночам. Шерил Сэндберг, операционный директор Facebook, в своей биографии пишет, что женщины, в отличие от мужчин, почему-то никогда не верят собственному успеху. У всех одна и та же проблема: нужно жонглировать обязанностями — быть и мамой, и женой, и профессионалом на работе. Да, это нелегко, но для моего психотипа было бы сложнее оказаться в ситуации, когда нет работы, идей, возможности их реализовать. Это для меня страшная ситуация! Зато тот ритм, в котором я живу сейчас, — моя зона комфорта. Кто-то оставляет время на встречи с друзьями, на кино, на вино. А я никогда не любила и не умела это делать; всегда считала себя скучным человеком, даже аутсайдером. Но, знаете, в разные жизненные периоды мы по-разному оцениваем одни и те же свои «функции»: в школьные и институтские годы мне казалось, что я какая-то не очень классная, а сейчас — наоборот, кажется, что жизнь такая интересная, нужно все успеть, нo я постоянно себя критикую: надо было больше, быстрее, лучше!

У нас международная команда, разбросанная от Соединенных Штатов до Китая и стран Ближнего Востока, все подстраиваются друг под друга: skype-встреча может быть и в час ночи, и в шесть утра. Но это тот процесс, который делает счастливым, особенно когда видишь большую цель. В этом-то и была проблема: два года назад я поняла, что не вижу никакой великой цели. Что все, что я делаю, — пропагандирую потребление, а оно ни к чему хорошему не приведет. Вот поэтому я и взялась за Fashion Tech Lab.

— Кстати, как после появления Fashion Tech Lab складываются ваши отношения с Buro 24/7? Вы перестали заниматься последним? Или по-прежнему контролируете то, что там происходит?

— Как сооснователь — контролирую. У нас сильная команда, во главе со всеми любимым издателем, который контролирует ежедневный процесс, благодаря которому я смогла совмещать полномочия. Недавно мы закрыли очень интересную сделку, которая, я надеюсь, станет для Buro 24/7 новой ступенью (речь идет об объединении с System Magazine, англоязычным журналом о модной индустрии — прим. ред.). В процессе несколько других крупных проектов, о которых мы будем скоро объявлять. Я отношусь к проекту, который запустила с Фирой Чилиевой шесть лет назад (через год Полина Дерипаска стала партнером, выкупив долю у первоначального инвестора — прим. ред.) как к собственному ребенку. Я до сих пор мажоритарный партнер. Решения глобального характера мы принимаем совместно с моими партнерами. Но от ежедневной редакционной и операционной деятельности я отошла. Помимо Buro, в прошлом году мы запустили The Tot, в этом — FTL. Как говорят в России: чем больше делаешь, тем больше успеваешь. 

Fashion Tech Lab: Мирослава Дума запускает новый проект – экспериментальную лабораторию | Vogue

Мирослава Дума запускает новый проект Fashion Tech Lab. Российская модница мирового масштаба решила объединить моду, бизнес и технологические инновации с заботой об окружающей среде. Дума основала «лабораторию», цель которой изучение экологичных материалов, био- и нанотехнологий, портативной электроники, тканей и нитей с высокими эксплуатационными характеристиками. Для инвестиций в будущее моды уже найдены 50 миллионов американских долларов.

«Миллениалам и поколению Z необходимо иметь возможность развития во всех сферах их жизни», — [прокомментировала Мирослава Дума запуск BoF](https://www.businessoffashion.com/articles/bof-exclusive/miroslava-duma-fashion-tech-lab-with-50-million-to-invest){: target="_blank" }. Также она добавила, что это начинание было продиктовано прежде всего ее собственными поисками экологичных и устойчивых решений для модной индустрии, так как это именно то, что ее увлекает. «Мода и индустрия одежды на втором месте по загрязнению окружающей среды. Я была в шоке, когда узнала об этом, и стала думать о том, что же мы можем сделать. У меня двое детей, и когда я посмотрела со стороны на то, что я делаю, я подумала: «Помогаю ли я кому-нибудь?». Мой проект — это прежде всего инвестиции в нашу социальную ответственность. И только потом уже союз технологий и модной индустрии. В нашей экспериментальной лаборатории мы будем разрабатывать технологии и использовать их для производства инновационной продукции и одежды, которая поможет решить эти проблемы, и в то же время мы будем работать над современным дизайном». Fashion Tech Lab Мирослава называет гибридом инвестиционного венчурного фонда, бизнес-инкубатора и экспериментальной лаборатории, где компании смогут получить финансирование, встретиться со своими коллегами по цеху и разрабатывать вместе технологии на благо моды, чтобы сделать ее инновационной и устойчивой к изменениям.

Подпишитесь и станьте на шаг ближе к профессионалам мира моды.

Мирослава Дума рассказала подробнее о проекте Fashion Tech Lab

Мирослава Дума рассказала подробнее о проекте Fashion Tech Lab

Мирослава Дума рассказала подробнее о проекте Fashion Tech Lab

Основатель Buro 24/7 Мирослава Дума создала компанию Fashion Tech Lab, которая объединяет бизнес, моду и технологические инновации с заботой об окружающей среде. Мирослава Дума рассказала подробнее о новом проекте, пишет People talk.

«Когда я узнала, что модная индустрия и производство одежды в целом – второй загрязнитель окружающей среды после нефтяной промышленности, я была шокировала и начала думать, какие решения мы можем предложить. И тогда мы поняли, что новое поколение потребителей (миллениалы и Generation Z) стало ответственно относиться к тому, как производится материал, из которого сделана одежда для них и их детей и какое влияние на окружающую среду оказывает производство простой хлопковой футболки и пары джинсов. На меня, как на маму двоих детей, это оказало большое влияние, и я стала спрашивать себя, что лично я могу изменить и как помочь. В результате появился FTL – экспериментальная лаборатория, внутри которой команда работает над созданием продуктов будущего», — заявила Дума.

По словам Мирославы, Fashion Tech Lab состоит из трех составляющих: экспериментальной лаборатории, связи между технологией и модой и инвестирования в технологичные и социально-ответственные проекты (венчурный фонд). Таким образом, проект будет работать на благо экологической среды и моды и поддерживать компании, которые также заботятся о том, из каких материалов и ресурсов производится их продукция. Вместе с FTL они будут развиваться и менять модный мир в правильном направлении – с заботой об окружающей среде.

«Компании, в которые мы инвестируем, смогут получать финансирование, встречаться с представителями отрасли и экспериментировать с новейшими технологиями, что позволит им стать более инновационными и устойчивыми в кратчайшие сроки», – рассказала Мирослава.

Мирослава Дума сотрудничает с Леонардо Ди Каприо в рамках нового проекта

Сейчас в бюджете Fashion Tech Lab 50 миллионов долларов, и названы уже два проекта, в которые FTL собирается их инвестировать: Diamond Foundry и Orange Fiber. «Diamond Foundry, выращивающий натуральные алмазы в лаборатории, и Orange Fiber, производящий ткани из апельсиновых корок, – это только два примера из 1000 проектов, которые мы рассматриваем на данный момент. 50 из них уже готовы к инвестированию. Salvatore Ferragamo только что выпустили капсульную коллекцию в коллаборации с Orange Fiber, где все вещи, от шарфов до платьев, сделаны из переработанных апельсиновых корок. Алмазы, выращенные Diamond Foundry в лабораторных условиях, практически невозможно отличить от добытых в шахте. Это очень интересный проект, в который соинвестировал Леонардо Ди Каприо», — ответила Дума.

В консультационный совет Fashion Tech Lab входят дизайнер Диана фон Фюрстенберг, бывший инвестор Net-a-Porter Кармен Баскет и основатель проекта Eco-Age Ливия Фёрт.

Как заявила Мирослава в интервью Business of Fashion, некоторые из ученых, которые займутся разработками в Fashion Tech Lab, раньше работали в оборонной и космической промышленности и их инновации до сих пор были доступны исключительно для этих отраслей.

Решение о создании Fashion Tech Lab последовало за инвестициями Думы в такие стартапы, как бренд экологичной одежды Reformation, онлайн-гардероб Finery, платформа RewardStyle, позволяющая медиаресурсам монетизировать модные публикации.

Напомним, что на днях Мирослава Дума приняла участие в Модном саммите в Копенгагене. Темой мероприятия была как раз сознательная мода. Обсуждалось, как цифровая эра сказалась на модной индустрии и какие существуют стратегии преодоления кризисов. Также в рамках саммита прошла презентация «Pulse of the Fashion Industry», которую подготовил Хавьер Сеара, партнер и управляющий директор The Boston Consulting Group. Основываясь на тематических исследованиях, практических примерах из индустрии и реальных цифрах от брендов и производителей, он рассказал, как выгодно вести модный бизнес, придерживаясь принципов устойчивого развития, пишет Buro 24/7.

Natalia Popova

Мирослава Дума запускает модную лабораторию

Мирослава Дума

Мирослава Дума

Мирослава Дума ратует за союз моды и технологии и запускает новый проект — Fashion Tech Lab, или FTL, деятельность которого направлена на повышение социальной ответственности индустрии моды. «Когда я узнала, что индустрия моды является второй по масштабам загрязнения окружающей среды, я была шокирована и начала думать, как конкретно я могу на это повлиять» — комментирует новую инициативу основательница издания Buro 24/7.

Fashion Tech Lab — «гибридное» предприятие с несколькими направлениями работы. Прежде всего речь идет об экспериментальной лаборатории, в которой будут развивать инновационные способы обработки волокон и производства материалов. Второе направление работы — сотрудничество с модными конгломератами, с которыми Fashion Tech Lab будет делиться разработками своих ученых на коммерческих условиях.

В-третьих, Fashion Tech Lab — это венчурный фонд для компаний, которые занимаются инновационными разработками. В консультационный совет по работе с брендами вошли дизайнер Диана фон Фюрстенберг, инвестор Net-a-Porter Кармен Баскет и основатель проекта Eco-Age Ливия Ферт. Первыми инвесторами проекта стали компании Diamond Foundry и Orange Fiber, которые практикуют новые способы производства материалов — в частности, выращивают искусственные алмазы и делают ткани из апельсиновой кожуры. Так, в апреле Orange Fiber в сотрудничестве с итальянским Домом Ferragamo представили капсульную коллекцию, все вещи в которой, от шарфов до платьев, сделаны из тканей, произведенных из апельсиновой кожуры. «Самое забавное, что Orange Fiber работает с крупнейшими производителями соков в Италии, поэтому их сырье — это отходы сокопроизводителей. Orange Fiber получают их бесплатно. Это беспроигрышный ход», — комментирует Мирослава Дума. Также часть инвестиций FTL уже пошла на развитие стартапа из Сан-Франциско, который занимается выращиванием кожи в лабораторных условиях.

Мирослава Дума основала инвестиционный фонд Fashion Tech Lab

$ 50 миллионов на инновации в моде

Основательница онлайн-медиаресурса Buro 24/7 Мирослава Дума представила свой новый проект — венчурный фонд Fashion Tech Lab (FTL) с уставным капиталом в $ 50 миллионов. Средства фонда будут перечисляться на развитие передовых научных технологий, разработку наноматериалов и инновации в индустрии моды. Фонд также планирует сотрудничать с крупными конгломератами вроде Kering и LVMH.

Открытие фонда FTL стало логическим продолжением инвестиционной политики Мирославы вслед за созданием бренда этической моды Reformation, запуском онлайн-приложения для гардероба Finery и инновационной системы RewardStyle для инсайдеров модной индустрии. "Индустрия моды — вторая в мире по уровню загрязнения окружающей среды, — рассказывает Дума. — Я была в шоке, когда узнала это, и начала сразу думать, что же мы можем сделать, чтобы изменить этот показатель".

FTL будет своего рода гибридом венчурного фонда и экспериментальной лабораторией для брендов, получивших грант. Планируется также финансовая поддержка компаний, которые занимаются созданием экомоды, вроде Diamond Foundry (компания по производству искусственных бриллиантов) и Orange Fiber (компания по производству ткани из апельсиновых корок).

Свою поддержку в качестве вкладчиков уже оказали американский дизайнер Диана фон Фюрстенберг, инвестор Кармен Бускет (которая уже инвестировала ранее в моду, в такие проекты, как Net-a-Porter и Moda Operandi) и основательница компании Eco-Age Ливия Ферт. Работу фонда будет курировать команда из 15 человек во главе с Амандой Паркс — фэшн-технологом с 12-летним опытом работы в сфере разработки перерабатываемых и экоматериалов. Представительства фонда планируют открыть в 5 странах: России, Китае, Великобритании, Италии и США.

 

Смотрите также: Наталья Водянова будет удостоена премии Global Voices — 2017.

Мирослава Дума: «Моим экспериментам с одеждой точно пришел конец»

Космос, балет, хоккей. «Великая троица» достижений, которыми гордились в нашей стране во времена моего детства. Сегодня я очень хочу добавить в число «национальных достояний» Миру. Мы дружим десять лет, и на моих глазах она прошла путь из светской it girl до человека, который вершит историю. В октябре в рамках Недели моды в Париже Мирослава официально представит профессионалам fashion-индустрии, людям из мира технологий, а также инвесторам «дело своей жизни» — компанию Fashion Tech Lab (FTL), которую на страницах влиятельного Financial Times уже назвали организатором «очередной промышленной революции». Несмотря на многочисленные перелеты и техноконференции, на которых, как и на показах, Мира занимает исключительно first row, она по-прежнему остается невероятно добрым человеком. И, поверьте, проблемы планеты волнуют ее ничуть не меньше, чем искренняя забота о близких.

ЕКАТЕРИНА МУХИНА Ты не раз говорила, что каждый свой бизнес придумывала и запускала сама, без посторонней помощи. Так было и в случае с FTL? Расскажи, с чего все начиналось?

МИРОСЛАВА ДУМА Да, верно. Для своих проектов я всегда сама искала инвесторов и лично проводила презентации, убеждая их в том, что мои идеи сработают и принесут прибыль. История FTL — не исключение. В какой-то момент я обнаружила, что индустрия моды является второй по негативному влиянию на окружающую среду после нефтегазовой промышленности. Производство одежды — очень энергозатратное дело. Только представь, что на изготовление простой хлопковой футболки и пары джинсов уходит 20 000 литров воды! Это заставило меня пересмотреть отношение к моде и потреблению в целом. Так и возникла идея FTL — я увидела проблему и начала искать возможные пути ее решения. Немногим позже, cидя на очередном модном показе, я словно посмотрела на себя и людей вокруг со стороны: у всех присутствующих были такие важные лица, будто они спасали мир или жизни. Тогда я подумала: «Ребята, очнитесь!» С тех пор я уже не могла быть частью современной индустрии моды в том виде, как она есть — огромной машины по продаже супердорогих вещей, без которых совершенно спокойно можно прожить. Я поняла, что либо должна сделать все от меня зависящее, чтобы изменить ситуацию, либо найти другое дело, которое будет приносить пользу.

Е.М. Что такое FTL? Как устроен этот бизнес и какие цели преследует?

М.Д. Fashion Tech Lab — уникальный проект, гибрид инвестиционной компании, международного бизнес-инкубатора и экспериментальной лаборатории. Мы постоянно ищем по всему миру талантливых инженеров и ученых, инвестируем в их идеи, связываем с модными брендами. В Корее и Японии, к примеру, ведутся очень интересные разработки в сфере солнечных панелей, встраиваемых в ткани. Италия, которая до сих пор по праву считалась центром и законодателем моды, сейчас испытывает настоящий бум в развитии стартапов, специализирующихся на инновациях в разработке новых материалов. Итальянцы учатся производить материалы и кожу практически из любого сырья: из отходов виноделия, грибов, древесины и даже апельсиновой кожуры. В нашей экспериментальной лаборатории ученые-химики трудятся бок о бок с молодыми дизайнерами над несколькими проектами, которые мы ­надеемся представить миру в следующем году. Большинство научных разработок существуют 50 и более лет, но до сих пор они были недоступны широкой публике. Ученые зачастую скептически относятся к людям из индустрии моды, но FTL помогает технологиям и моде понимать друг друга и делиться идеями. Мы стараемся показать, что изобретения принесут намного больше пользы, если не будут скрыты за стеклянными дверями лабораторий, а станут направлять модное производство в более экологичное, бережливое и безо­пасное русло.

Е.М. А как ты обеспечивала финансирование лабораторных проектов? Самостоятельно или на деньги инвесторов?

М.Д. Совсем недавно мы привлекли в проект 50 миллионов долларов, и это деньги инвесторов. Все началось с того, что я вкладывала собственные средства в компании, в которые верила, — так было, к примеру, с модным брендом Reformation. Когда у меня появились дети и возникла необходимость в экологически чистых товарах и продуктах без токсинов и химикатов, зародилась идея уникальной площадки The Tot. Инвесторов всегда легче убедить вложить деньги, когда они понимают, что ты тоже несешь финансовую ответственность и так же, как и они, заинтересован в успехе. У FTL также есть консультационный совет, в который входят Кармен Бус­кетс, одна из первых инвесторов Net-a-Porter, дизайнер и председатель CFDA Диана фон Фюрстенберг, активист экомоды и основатель EcoAge Ливия Ферт, молодой генеральный директор немецкого Дома Rimowa Александр Арно, председатель компании Tod’s Диего Делла Валле, инвестор и медиамагнат Остин Хёрст, дизайнер и филантроп Габриэла Хёрст, профессор Стэнфорда и автор Лора Арриллага-Андриссен. Эти люди готовы инвестировать свое время и знания в проекты, решающие проблемы будущего и настоящего.

Е.М. С какой лаборатории все началось и сколько их сейчас? Ты лично участвуешь в отборе партнеров или опираешься на мнения консультантов?

М.Д. На данный момент у FTL есть представительства и партнеры в России, США, Италии, Китае, Великобритании, Франции, Швейцарии, ­Израиле и на Ближнем Востоке. В ближайшее время объявим о запуске еще в нескольких странах. Я лично стараюсь вникнуть во все детали, участвую во всех обсуждениях, постоянно встречаюсь и созваниваюсь с компаниями, в которые мы инвестируем средства. Критерии таковы: это должен быть проект, который производит революцию в сфере био-, нано- и медтехнологий, производстве умных тканей и носимой электроники. Мы ищем проекты, которые смогут решить проблемы потребителей. Приведу в пример технологию для людей, страдающих сахарным диабетом: в разработке микрокомпьютеры, которые интегрируются в многофункциональные удивительные носки, благодаря которым сосуды стоп быстро реагируют на повышение уровня сахара в крови. Существует целый ряд медтехнологий, встраиваемых в повседневную одежду, направленных на общее улучшение качества жизни и здоровья населения. У нас отличная команда профессионалов, отвечающих за отбор проектов, включая генерального директора по инновациям, докторa наук Аманду Паркс (Stanford and MIT alumni). Мы отметили более 1000 технологий, среди которых проекты по инновациям в области высокоэффективных волокон и тканей. И сейчас планируем инвестировать в восемь из них.

Е.М. Бренд Salvatore Ferragamo выпустил капсульную коллекцию при участии одной из твоих лабораторий. Какие еще марки заинтересовались разработками?

М.Д. Мы готовим коллаборации с несколькими крупными брендами, но пока не можем называть имен. Коллекция Salvatore Ferragamo и Orange Fiber стала первым крупным экспериментом по соединению мира моды и технологий. Я очень люблю приводить в пример команду Orange Fiber: все началось с того, что несколько итальянских ученых узнали о том, что 750 000 тонн апельсиновой кожуры ежегодно выкидываются в поля. Они решили проблему, придумав производить ткань из жмыха и корочек цитрусов. Это взаимовыгодная ситуация, когда производители апельсинового сока избавляются от отходов, а в результате получается шелк, по качеству ничем не уступающий материалу Hermès и других известных брендов.

Е.М. Российские ученые участвуют в процессе? Какие отечественные компании входят в FTL?

М.Д. Один из российских проектов, в которые мы инвестировали, — Hydrop. Ребята придумали средства, отталкивающие от одежды любую жидкость: от вина и соевого соуса до воды. В плане научных разработок, применимых к моде, Россия пока еще уступает тому же Китаю или Италии, но ситуация меняется. Как международная компания с офисом в том числе и в Москве, мы очень гордимся такими партнерами, как центр инноваций Сколково. Мы принимали активное участие в их ежегодном проекте Startup Village, и сейчас обсуждаем намного более тесное сотрудничество.

Е.М. Какое производство поразило лично тебя сильнее всего? Был такой момент, когда тебе показалось, что ты попала в фантастическое будущее?

М.Д. С того момента, как я начала заниматься Fashion Tech Lab, я не перестаю удивляться тому количеству гениальных изобретений, которые есть в мире! Самое большое впечатление на меня произвела кожа, выращенная из стволовых клеток в лаборатории в Сан-Франциско. Этот материал идентичен натуральной коже, но получен без вреда для планеты. Он не выделяет токсины и отличается повышенной износоустойчивостью плюс совершенно закрывает вопрос об этичности использования кожи в модном производстве. Будущее — это когда кожаную сумочку можно будет «вырастить» в лаборатории.

Е.М. Ты как-то сказала, что к 2025 году 10 % населения планеты будет одеваться в вещи, созданные с использованием высоких технологий. А какой процент такая одежда составляет сейчас в твоем гардеробе? За ней сложно ухаживать?

М.Д. Процент высокотехнологичных вещей в моем личном гардеробе пока не так велик, как бы мне хотелось, но это только начало. Современные технологии направлены на то, чтобы облегчить нам жизнь. Особого ухода за материалами не требуется, даже наоборот: одна компания, с которой мы работаем, внедряет в волокна ткани мяту, которая борется с распространением микробов, тем самым устраняя неприятный запах. Такую футболку можно будет носить, не стирая, в 20 раз дольше, чем обычную. Только представь, сколько воды будет сэкономлено! И таких примеров множество.

Е.М. Тестируешь все изобретения на себе? Джинсы из грибов, шелк из корочек апельсина...

М.Д. И платье, сделанное из шелка Orange Fiber, и носки из переработанных тканей, и кроссовки из пластика, выловленного в океане. Мы с командой не только сами все пробуем, но и привлекаем исследовательские университеты, которые помогают качественно оценить техспецифику и потенциал той или иной компании.

Е.М. Сколько стоит — или может стоить — такая одежда? Дороже или дешевле традиционной?

М.Д. Стоимость готового изделия зависит от технологии. Конечно, цена платья Salvatore Ferragamo из капсульной коллекции и переработанной футболки от H&M разная, потому что продукты направлены на разные сегменты. Однако обе компании делают важный шаг на пути к уменьшению воздействия модной индустрии на окружающую среду. Думаю, люксовые марки должны показать пример остальным брендам, потому что именно они всегда задавали моду и у них есть возможность вкладывать капитал в развитие экопрограмм. Если гиганты индустрии станут экологичными, то и остальные подтянутся, потому что появится тренд и вырастет запрос в обществе. Покупатели стали двигателями всех изменений в индустрии, поэтому у подрастающего поколения Z — а это наши дети — есть все шансы изменить ситуацию. В своих взглядах они сродни хиппи 1970-х, которые поголовно выступали против войны. Наши дети так же поголовно будут выступать за то, чтобы, как говорит президент Франции Эммануэль Макрон, Make our planet great again!

Е.М. Что в этом бизнесе самое сложное?

М.Д. Одна из проблем — это нежелание ученых и людей из моды найти общий язык. Мода довольно консервативная индустрия — в производстве одежды технологии не менялись уже очень долгое время. Ученые не верят, что Дома с вековой историей поймут их изобретения, поэтому предпочитают работать с «серьезными» отраслями — космонавтикой, автомобильной промышленностью, авиацией, медициной и спортом. Мы стараемся этот барьер проломить. Технически — сложно вывести некоторые проекты на массовое производство, но это решaeмо. 3D-принтерам раньше нужны были дни, чтобы что-то напечатать, а сегодня — несколько часов. Это вопросы инвестиций и совершенствования технологий.

Е.М. Кто из публичных людей включился в процесс? Знаю, что один из инвесторов фабрики по выращиванию бриллиантов — Леонардо Ди Каприо.

М.Д. Тут речь о компании Diamond Foundry, в которой Леонардо Ди Каприо является инвестором. Да, к счастью, очень многие сейчас обращаются к проблеме потребления. Скажу по-другому: любой современный прогрессивный человек думает об этом и делает что-то в этом направлении. Эммануэль Макрон, Обама, Эл Гор, Фаррелл Уильямс, Эмма Уотсон, Стелла Маккартни, Кристи Тарлингтон, Гвинет Пэлтроу, Марион Котийяр — этот список можно продолжать. Важно, что известные люди используют свое влияние, чтобы изменить общество в лучшую сторону и поднять вопрос экологии и чрезмерного потребления. Такой, кстати, была и главная повестка пленарного заседания Владимира Путина на ПМЭФ-2017.

Е.М. Ты из тех людей, кто может начать общее дело с друзьями?

М.Д. Много моих друзей и знакомых стали инвесторами или консультантами FTL. В число советников входят генеральный директор British Fashion Council, Каролин Раш, первый диджитал-директор LVMH Иан Роджерс, декан факультета моды нью-йоркского института Parsons Бурак Какмак, продюсер Александра де Бетак, новый вице-президент по стилю Farfetch Ясмин Севелл и Наталья Водянова. Я благодарна им за веру в то, что мы делаем.

Е.М. Как выглядит твой гардероб сегодня? Что больше никогда не наденешь?

М.Д. Когда смотрю на свои фотографии 10-летней давности, то иногда удивляюсь прошлым выходам. Моим экспериментам с одеждой точно пришел конец! Я живу в джинсах, кроссовках и толстовках. Объективно очень люблю и ношу Reformation, Vetements и Balenciaga, Gabriela Hearst.

Е.М. Как устроен твой день?

М.Д. Он расписан по минутам: звонки, встречи, письма и снова звонки. Сотрудники команды живут по всему миру, поэтому мы всегда на связи, обмениваемся новостями и идеями. Я рано встаю. Первым делом проверяю телефон и отвечаю на срочные письма и сообщения. Дети растут, и каждый день в их жизни происходит что-то новое, поэтому стараюсь проводить с ними максимум возможного качественного времени. Особенно учитывая, что я часто летаю в командировки. После того как они засыпают, я работаю до поздней ночи — наша команда в Китае только просыпается, а в Сан-Франциско разгар рабочего дня.

Е.М. Какая ты мама? Что поменялось в этой важной роли с появлением третьего ребенка?

М.Д. С момента рождения первого ребенка я решила, что буду всегда разговаривать с детьми, как со взрослыми, и стараюсь этого принципа придерживаться. Моя главная цель — вырастить их в любви, обеспечить хорошее образование и постараться развить в них чувство сострадания, сделать их ответственными жителями планеты. Мы много читаем и говорим обо всем на свете, обсуждаем новые идеи и изобретения. С сыном Георгием мучаем китайский, я ему объясняю, что без этого прогрессивному и амбициозному молодому человеку сегодня — никуда.

Мирослава Дума основала инвестиционный фонд Fashion Tech Lab

Последние пару лет основатель Buro 24/7 Мирослава Дума активно изучает IT – участвует в специализированных конференциях, посещает штаб-квартиры крупнейших офисов вроде Google и Apple. Причиной такого интереса стал новый проект – фонд Fashion Tech Lab, разрабатывающий технологии в моде.

Фонд будет инвестировать в наиболее прогрессивные стартапы модной индустрии: изобретение новых технологичных материалов, экологичное производство, сокращение потребления энергии, уменьшение отходов. Fashion Tech Lab – это гибрид венчурного фонда, акселератора и экспериментальной лаборатории. Компании смогут получать финансирование, встречаться с представителями отрасли и экспериментировать с новейшими технологиями, которые позже будут внедряться в современные производства. "Модная индустрия – второй по величине производитель отходов в мире. Я была шокирована, когда узнала об этом, – рассказала Мирослава Дума в эксклюзивном интервью для Business of Fashion. – Эта информация оказала огромное влияние на меня. Я начала думать, что я действительно могу сделать. Могу ли я помочь кому-то? Смогу ли изменить что-то?".

Компания уже начала свою работу. Первые инвестиции (50 миллионов долларов) получили компании Diamond Foundry и Orange Fiber, которые занимаются исследованием и поиском новых высокоэкологичных материалов. В консультационный совет Fashion Tech Lab входят дизайнер Диана фон Фюрстенберг, бывший инвестор Net-a-Porter Кармен Баскет и основатель проекта Eco-Age Ливия Ферт. "Будущее нашей отрасли – одежда, которая решит проблемы клиентов, – продолжила Мирослава Дума. – Если подумать о том, что происходит в мире и обо всех этих удивительных компаниях, таких как Uber, AirBnB, Amazon и многих других. Они в топе, потому что алгоритмы этих платформ ежедневно решают проблемы людей". В планах у Fashion Tech Lab – активная работа с модными конгломератами LVMH и Kering. Новейшие разработки ученых в сфере модной индустрии будут предлагаться напрямую компаниям для изучения и внедрения в производство. 

Мирослава Дума запустила инвестиционный проект (фото 1)