Уорхол монро – Портрет Мэрилин Монро работы Уорхола продали за 36 миллионов долларов: Искусство: Культура: Lenta.ru

Уорхол, Энди | Энциклопедия моды

Энди УорхолГ.О.: Каким было ваше первое произведение искусства?
Э.У.: Я вырезал кукол из бумаги.

Г.О.: Сколько вам было лет?
Э.У.: Семь.

Г.О.: Вы получали хорошие оценки в школе искусств?
Э.У.: Да, и учителя меня любили.

Г.О.: А они говорили, что у вас талант от природы?
Э.У.: Что-то типа того. Неестественный талант.

Г.О.: Вы занимались искусством в школе?
Э.У.: Я часто болел, поэтому, чтобы нагнать программу ходил в летнюю школу. У меня был один урок искусства.

Г.О.: Как вы развлекались, когда были тинейджером?
Э.У.: Я не пытался развлекаться. Только однажды ходил на концерт Фрэнка Синатры.

Г.О.: Как же вы приняли решение стать художником и переехать в Нью-Йорк?
Э.У.: Я поступил в Carnegie Tech. Филип Пирлстейн собирался в Нью-Йорк на каникулы, и я поехал с ним. Взял сумку и мы сели в автобус. Мы показывали портфолио всему Нью-Йорку и надеялись получить работу. Тина Фредерикс, которая работала в журнале Glamour, сказала, что возьмет меня на работу, как только окончу школу. Это и была моя первая работа.

Г.О.: Каковы были ваши амбиции? Вы хотели стать иллюстратором или художником?
Э.У.: У меня не было никаких амбиций. 

Г.О.: Кто стал первым художником, повлиявшим на вас?
Э.У.: Должно быть, это был Уолт Дисней, потому что я вырезал из бумаги героев его мультфильмов. Меня вдохновила Белоснежка.

Г.О.: Вы часто ходили в кинотеатры?
Э.У.: Да, по утрам в субботу. А если я брал с собой ребенка соседей, то мог ходить в кино бесплатно.

Энди УорхолГ.О.: А какие художники вдохновляли вас во время учебы в школе искусств Carnegie Tech?
Э.У.:

Кэрол Бланшар. Она рисовала женщин, падающих с кровати. Также она создала рекламу для Lord & Taylor и участвовала в шоу Carnegie International.

Г.О.: Вы когда-нибудь рисовали мультфильмы?
Э.У.: Нет, я никогда не мог придумать подходящего персонажа.

Г.О.: Как вы считаете, много ли осталось нераскрытых талантов?
Э.У.: О, да. Их, безусловно, много. Но сейчас важнее делать деньги.

Г.О.: Какой совет вы дали молодым людям, желающим стать художниками?
Э.У.: Я бы посоветовал им не оставаться одним. Им стоит также заниматься фотографией, работать на телевидении и так далее.

Г.О.: Считаете ли вы, что мир искусства мертв?
Э.У.: О, да. Уж лучше быть художником граффити или заниматься оформлением домов. Это приносит больше денег. Десять долларов в час.

Г.О.: Кого вы считаете величайшим из ныне живущих художников?
Э.У.: Я по-прежнему считаю таковым Уолта Диснея.

Г.О.: Но он мертв.

Э.У.: Да, но у нас есть его фигура из пластика, не так ли?

Г.О.: Он заморожен.
Э.У.: Мне многие нравятся. Раушенберг, Твомбли, Поль Клее. Даже мертвые. Также мне нравятся американские художники-примитивисты. Мне нравятся очень разные художники: Грант Вуд, Рэй Джонсон…

Г.О.: Кто самый богатый художник в мире?
Э.У.: Я уверен в том, что существует множество художников, чьих имен мы не знаем и которые зарабатывают огромные деньги. Например, люди, которые создают скульптуры для огромных зданий. Мы ничего не знаем о них, но они зарабатывают больше всех, о ком мы знаем.

Г.О.: Вы заработали миллионы на искусстве?
Э.У.: Все зависит от расходов.

Г.О.: Выросли ли ваши нынешние работы в цене по сравнению с теми, которые делали в самом начале?
Э.У.: Нет, я стараюсь занижать цены. Я сделал перерыв на некоторое время.

Г.О.: Чтобы поднять цены?
Э.У.: Нет, я просто не могу придумать, что делать. Я так устал от живописи. Я постоянно пытался от нее отказаться, как если бы мы пытались изжить кинематограф или журналистику, например. Так скучно рисовать одни и те же картины раз за разом.

Г.О.: А где вы находите идеи для своих картин сейчас?
Э.У.: В основном я делаю портреты. Это просто лица людей, и тут не нужно каких-то особенных идей.

Г.О.: Но недавно вы рисовали цветы и черепа…
Э.У.: Мы очень много времени провели в Италии, а еще теперь все спрашивают, не коммунист ли я, потому что я нарисовал портрет Mao. И вот теперь я рисую серпы и молоты как коммунист и черепа как фашист.

Мао ЦзедунГ.О.: А сам Mao видел это портрет?
Э.У.: Я не знаю. Один большой портрет был на экспозиции в Corcoran Gallery, и директор сказал нам, что туда приезжала китайская делегация. Они узнали, что в галерее висит портрет Мао, и вошли через заднюю дверь музея, чтобы не видеть его. Мне кажется, они боялись, что он им понравится. Они очень странно к этому относятся. Мы приглашали китайского посла на нашу выставку, но он так и не приехал.

Г.О.: Как вы считаете, Пикассо был бизнесменом?
Э.У.: Да, конечно. Он знал, что он делает.

Г.О.: Но кто, по вашему мнению, придумал идею искусства, как бизнеса?
Э.У.: Наверное, американцы после войны. Все началось с галерей. В один из таких проектов однажды попал Пикассо. Отсюда и пошло искусство как продукт.

Г.О.: Как вы думаете, художники будущего будут формировать компании или же займутся продажей акций?
Э.У.: Я, например, открываю ресторан, который будет называться Andymat.

Г.О.: Как вы думаете, в настоящее время существуют какие-либо арт-движения?
Э.У.: Нет.

Г.О.: Вы когда-нибудь думаете о политике?
Э.У.: Нет.

Г.О.: Вы ходите голосовать.
Э.У.: Ходил однажды, но очень боялся. Никак не мог выбрать за кого проголосовать.

Г.О.: Вы республиканец или демократ?


Э.У.: Ни тот, ни другой.

Г.О.: Есть ли у вас любимая собственная работа?
Э.У.: Думаю, это банка супа Campbell’s.

Г.О.: Какой ваш любимый цвет?
Э.У.: Черный.

Г.О.: Что вы думаете об опасно ориентированных концептуальных художниках, таких как Вито Аккончи и Крис Бурден?
Э.У.: По-моему Крис Бурден потрясающий. Я правда так считаю. Однажды я пошел в его галерею, но не встретился с ним, так как он был занят. Но я его видел.

Энди Уорхол в процессе работыГ.О.: Откуда к вам пришла идея использовать шелковые фотоэкраны?
Э.У.: Все началось с того момента, когда я печатал деньги. Сначала мне приходилось их рисовать, поэтому они выглядели ненатурально. Поэтому ко мне в голову и пришла гениальная идея печатать их. Кто-то подсказал, что можно разместить их на шелковых экранах. Так я узнал, что можно делать репродукции фотографий. Первой такой работой, кажется, было фото бейсболиста.

Г.О.: Но где вы брали идеи изображений для этих работ?
Э.У.: О, я просто листал журналы и брал из них идеи.

Г.О.: Это правда, что вы нарисовать банку супа Campbell’s потому, что каждый день ели его на ланч?
Э.У.: Да. Я около двадцати лет подряд ел на ланч суп Campbell’s. И сэндвич.

Г.О.: А как к вам пришла идея насчет коробок Brillo?
Э.У.: Я рисовал банки супа на холсте, потом я начал рисовать их на коробках. Но это выглядело смешно и не реалистично. Так ко мне и пришла идея нарисовать простую коробку.

Г.О.: Вы когда-нибудь получали какие-либо отзывы или комментарии от Campbell’s, Brillo или других компаний, чью продукцию вы рисовали?
Э.У.: Brillo мои работы понравились, а вот Campbell’s разозлились и даже собирались что-то предпринять, но потом замяли эту тему. Видимо, поняли, что не смогут ничего сделать. Но когда я жил в Питсбурге, я часто посещал завод Heinz, располагавшийся там. Я должен был нарисовать суп Heinz, но в итоге нарисовал коробку кетчупа.

Г.О.: Когда был ваш первый большой перерыв в работе?
Э.У.: Мой первый перерыв случился, когда Джон Гьорно столкнул меня с лестницы. Нет, на самом деле первый перерыв случился после встречи с Эмилем де Антонио, который теперь живет через улицу от меня. Он так много смеялся, а его смех помогал мне.

Энди Уорхол Энди Уорхол

Г.О.: Почему ваша студия получила название Factory?
Э.У.: Название придумал Билли Нэйм. Это было офисное здание, я думаю это действительно была фабрика. Там было много всякой техники и грубый пол. Там наверняка до этого производили туфли или что-то такое.

Г.О.: Можете назвать первых людей, которые начали работать на вас?
Э.У.: Первым был Жерар Маланга. Он писал стихи между осуществлением моих поручений. На самом деле, людей в мою студию начал приводить Билли Нэйм. Он начал украшать все серебром, а для этого ему нужна была помощь.

Г.О.: Как вы начали снимать фильмы?
Э.У.: У нас появился видеопроигрыватель, а потом и звуковая видеокамера. Мы просто делали фильмы через Синематека. На самом деле, свою первую камеру я купил, когда Винн Чемберлен взял меня и Тэйлора Мида с собой в Калифорнию. Поскольку Тэйлор Мид был звездой экрана, мы подумали, что неплохо будет снять фильм о том, как он пересекает страну. Я купил 16-миллиметровую камеру. на которую мы снимали Тэйлора в Калифорнии. Это и был первый фильм.

Г.О.: Где вы брали актеров и сюжеты?
Э.У.: Через Жерара мы познакомились с Ронни Тэйвелом, который писал для нас сценарии. Это были очень хорошие сценарии, но никто им не следовал. Однако суть мы передавали.

Энди УорхолГ.О.: Вы управляли процессом?
Э.У.: В то время режиссером был каждый, кто включал камеру.

Г.О.: А кто придумал слово «суперзвезда»?

Э.У.: Думаю, Джек Смит.

Г.О.: А кто был первой суперзвездой?
Э.У.: Это были звезды Джека Смита. Все они были великими личностями. Первыми из тех, с кем мы работали, стал Тейлор Мид, Эди Седжвик, Бриджит Берлин и Аллен Миджетт.

Г.О.: Вы познакомились с ними через Жерара?
Э.У.: Нет, через Лестера Перски, который сейчас стал большим продюсером. У него был цепкий глаз.

Г.О.: Как вы познакомились с Лу Рид?
Э.У.: Он играл в кафе Bizarre, и Барбара Рубин сказала, что знает эту группу. Клас Ольденбург и Патти Ольденбург, Лукас Самарас, Джаспер Джонс и я создали рок-н-ролл группу.

Г.О.: Вы создали рок-группу?
Э.У.: Да, мы репетировали около десяти раз, а Патти и Лукас вечно ссорились из-за музыки.

Г.О.: Что вы там делали?
Э.У.: Я плохо пел. Потом Барбара рассказала кому-то о нашей группе и о нас узнали разные медиа. Потом мы начали делать фильмы, Жерар немного танцевал, а Velvets играли.

Г.О.:

Когда вы поняли, что можете снимать по-настоящем коммерческое кино?
Э.У.: Мы никогда не делали такого кино. Мы снимали по фильму в неделю, а наш друг Поль нашел небольшой кинотеатр, где их показывали по три или четыре недели. Когда зрители уставали от одного фильма, мы просто снимали другой. Так мы сделали около шести фильмов, и все были неплохо приняты. Они себя окупали. А уже потом их стали показывать в арт-кинотеатрах за пределами Нью-Йорка.

Г.О.: Вам хочется снимать фильмы с большим бюджетом или предпочитаете оставить все как есть?
Э.У.: Я думаю, было бы неплохо сделать арт-фильм за два или три миллиона долларов, на который никто не будет должен идти. Это будет неплохой проект. Я бы хотел сделать что-то подобное. Если мы сделаем фильм, который не сможет снять больше никто, вот это будет новый уровень.

Г.О.: Вы бы стали выпускать свои старые фильмы на кассетах?
Э.У.: Нет, я бы сделал что-то новое. О старом лучше просто разговаривать, потому что эти разговоры звучат лучше, чем то, о чем именно говорят самом по себе. Новое всегда лучше старого.

Г.О.: Как к вам пришла идея создать журнал Interview?
Э.У.: Я сделал это для того, чтобы занять чем-то Жерара. Он должен был работать над ним. Помимо того, отец Бриджит Берлин основал Hearst Corporation. Вот мы и подумали, что Бриджит может управлять журналом. Правда, сама она не была заинтересована в этом.

Г.О.: Вы создаете произведения искусства, фильмы, телеканал, пишете книги, делаете журнал… Есть ли что-то еще, чем вам хотелось бы заняться?
Э.У.: Завести ребенка? Я выпил первую банку Коки за 10 лет.

Г.О.: Правда?
Э.У.: Я имел в виду Кока-Колу.

Г.О.: Почему вы воздерживались от нее 10 лет?
Э.У.: Ну, она всегда была очень сладкой. Однажды мы отправились на вечеринку фаст-фуда. Было очень здорово попробовать все это, и я постоянно пил только Кока-Колу. Она придавала мне энергии. А вы пьете много Кока-Колы?

Г.О.: Думаю, что мне больше нравится Пепси.
Э.У.: Серьезно? Вы на самом деле видите разницу во вкусе? Надо б мне провести сравнительную дегустацию. Какова Кола на вкус?

Г.О.: Она более газированная и обладает более острым вкусом. Расскажите о том, как на вас напала Валери Соланас?
Э.У.: Я просто ехал с ней лифте, а потом отвернулся, чтобы позвонить и услышал шум.

Энди УорхолГ.О.: Вы думали о смерти в тот момент?
Э.У.: Нет, жизнь не промелькнула у меня перед глазами яркой вспышкой, ничего такого не было. Было очень больно. Я осознал произошедшее и сопоставил все факты только через пару недель после случившегося. Сейчас я не думаю об этом.

Г.О.: Какой у вас любимый рекламный трюк?
Э.У.: Я не делаю рекламных трюков.

Г.О.: А как насчет вашего сервиса для вечеринок «Rent-A-Superstar» («Арендуй Суперзвезду»)?
Э.У.: Да, это, пожалуй, лучшая идея, но нас так ни разу никто и не арендовал. Хотя подождите-ка… Может, кого-то и бронировали. По-моему однажды арендовали Эрика Эмерсона.

Г.О.: Вы коллекционируете многие вещи, которые не ценились, когда они были новыми. Как вы считаете, делают ли сейчас такие ненужные вещицы, которые когда-нибудь обретут ценность?
Э.У.: Да. Думаю, можно каждый день ходить в магазин F.A.O. Schwartz, покупать там что-то и хранить.

Г.О.: Вы рисуете каждый день?
Э.У.: Да, я рисую каждый день. Сейчас, например, я рисую шваброй.

Г.О.: Вы меняете одежду?
Э.У.: Я разрисовываю ее. Это моя обычная одежда, но с рисунками на ней. У меня есть разрисованные рубашки, ботинки, смокинги.

Г.О.: Как вы думаете, андеграунд когда-нибудь вернется?
Э.У.: Нет. Его никогда и не было. Глупое это словечко.

Г.О.: Как насчет психоделики? Вернется ли она?
Э.У.: Думаю да, и очень скоро.

Г.О.: Вы когда-нибудь принимали кислоту?
Э.У.: Нет. Однажды кто-то подсыпал ее мне, но я ничего не съел.

Г.О.: Вы когда-нибудь курили травку?
Э.У.: Нет, но мне нравится ее аромат.

Г.О.: Вы принимали какие-нибудь другие наркотики?
Э.У.: Нет, я не принимал ничего, что заставило бы меня хихикать или произвело бы подобный этому эффект. Когда я лежал в больнице после того, как в меня стреляли, мне давали какие-то наркотические вещества, лекарства. И я был невероятно счастлив, когда это прекратилось.

Г.О.: Вы когда-нибудь напивались?
Э.У.: Да.

Г.О.: Что происходит, когда вы пьяны?
Э.У.: Ничего. Я говорю всем, что они попадут на обложку Interview.

Г.О.: Как думаете, цены на ваши работы вырастут после вашей смерти?
Э.У.: Нет. Они останутся такими же.

Г.О.: Считаете ли вы, что в результате освобождения женщин будет больше женщин-художниц?
Э.У.: Я всегда думал, что в основном художниками были женщины. Знаете, те, которые делают индийские ковры Navajо, американские одеяла, ручную роспись на одежде 40-х годов…

Энди Уорхол Энди Уорхол и футболист Пеле

Г.О.: По вашему мнению должны ли люди занимать космическое пространство?
Э.У.: О, да. Это было бы великолепно.

Г.О.: Хотели бы вы жить в космосе?
Э.У.: Нет, я ненавижу высоту. Поэтому всегда и любил жить на первом этаже.

Г.О.: Как вы считаете, будущее будет футуристическим?
Э.У.: Нет. Я бы очень этого хотел, но вряд ли.

Г.О.: Вам нравится работать?
Э.У.: Сейчас я действительно люблю много работать. Это помогает мне двигаться быстрее. Путешествия также ускоряют ход времени. Быть может, путешествия в космосе дадут людям время… Если ты путешествуешь около пяти лет, ты к чему-то приходишь. Ты используешь эти пять лет, просто сидя в самолете. Так и летит время.

Г.О.: Что вы любите делать в свободное от работы время?
Э.У.: Когда я не работаю, я люблю поработать. Я делаю то, что может не восприниматься другими как работа, но для меня это работа. Например, поход в продуктовый магазин.

Г.О.: Вы умеете водить?
Э.У.: Однажды я столкнулся с такси, вот тогда и перестал водить.

Обложка InterviewГ.О.: Вы спите один?
Э.У.: Нет, с моими собаками Арчи и Амос.

Г.О.: Вы спите голым?
Э.У.: В нижнем белье. И в поддерживающем корсете.

Г.О.: У вас трусы-боксеры или жокейские?
Э.У.: Жокейские. Размер 30.

Г.О.: Во сколько вы просыпаетесь?
Э.У.: Я встаю рано, примерно в 7:30 утра.

Г.О.: Вы просыпаетесь по будильнику?
Э.У.: Нет, я встаю сам.

Г.О.: Вы смотритесь в зеркало, когда проснетесь?
Э.У.: Ну, хотя бы один раз — да. Когда чищу зубы.

Г.О.: Чем вы занимаетесь с утра?
Э.У.: Сейчас каждое утро мне звонит Бриджит Берлин. Она на диете. На протяжении 10 лет я контролировал ее рацион, а она отчитывалась о том, что ела. Раньше она врала, но теперь говорит правду и отчитывается о потерянных калориях.

Г.О.: Как много времени в день вы тратите на телефонные разговоры?
Э.У.: Не так много, как раньше. Я люблю поболтать, с Бриджит, например. Но сейчас из-за работы я звоню ей лишь по утрам и по ночам.

Г.О.: Как вы думаете, сейчас действительно больше геев или же люди просто стали больше об этом говорить?
Э.У.: Должно быть, их действительно стало больше. Но говорят об этом меньше.

Г.О.: Считаете ли вы, что гомосексуалисты креативнее людей с традиционной сексуальной ориентацией?
Э.У.: Нет.

Г.О.: Верите ли вы в брак?
Э.У.: Думаю, он нужен только для того, чтобы заводить детей.

Г.О.: Хотели бы вы жениться и остепениться?
Э.У.: Нет.

Г.О.: Вам предлагали жениться?
Э.У.: Нет.

Г.О.: Вам не тоскливо без семьи и детей?
Э.У.: Нет.

Г.О.: Вы могли бы стать отцом?
Э.У.: Только для моих собак.

Энди УорхолГ.О.: Вы когда-нибудь влюблялись?
Э.У.: Давайте вернемся к этому вопросу.

Г.О.: Вы ненавидели кого-нибудь?
Э.У.: Вернемся к этому вопросу.

Г.О.: Вы когда-нибудь пытались отрастить усы?
Э.У.: Что, простите? Нет, никогда этого не пробовал.

Г.О.: Вы носите парик?
Э.У.: Так написано в моей книге.

Г.О.: Сколько их у вас?
Э.У.: О, три штуки. Последний украла горничная.

Г.О.: Какой ваш натуральный цвет?
Э.У.: Розовый.

Г.О.: Вы верите в летающие тарелки?
Э.У.: В них верила моя мама.

Г.О.: Считаете ли вы, что Римский Папа безгрешен?
Э.У.: Как вы смеете такое спрашивать?

Г.О.: Вы умеете танцевать?
Э.У.: Я не умею двигаться.

Г.О.: Ваш любимый аромат?
Э.У.: Halston, конечно же.

Г.О.: Вы верите в Американскую Мечту?
Э.У.: Я — нет, но думаю, что на этом можно заработать.

Г.О.: Отличаются ли богатые люди от бедных?
Э.У.: И да, и нет.

Г.О.: Думаете, богатые счастливее?
Э.У.: Если у них есть собака.

Автопортрет Энди Уорхола на выставкеГ.О.: Как вы думаете, мир будет спасен?
Э.У.: Нет.

Г.О.: Как вы думаете, нам нужна цензура?
Э.У.: Конечно.

Г.О.: Под чем стоит подвести черту?
Э.У.: Все должно быть более сексуальным.

Г.О.: Вы верите в высшую меру наказания?
Э.У.: Ради искусства, конечно.

Г.О.: Вы слева от Дали?
Э.У.: Я наискось от него.

Г.О.: На что в женщине вы обращаете внимание в первую очередь?
Э.У.: На ее сумку.

Г.О.: Как насчет мужчин?
Э.У.: Тоже на сумку, и на то, как они носят шляпу.

Г.О.: Ваш любимый вид спорта?
Э.У.: Тот, что с корзинами.

Г.О.: Вы когда-нибудь смотрели фильм, который «зажег» вас?
Э.У.: «За зеленой дверью», «Идя на шестнадцать», «State Fair».

Г.О.: Вы ходите в церковь?
Э.У.: Да.

Г.О.: Вы ходите в католическую церковь?
Э.У.: Да, они самые красивые.

Г.О.: Вы верите в Бога?
Э.У.: Думаю, да.

Г.О.: Вы думаете о Боге?
Э.У.: Нет.

Г.О.: Вы верите в Дьявола?
Э.У.: Нет.

Г.О.: Вы верите в конец света?
Э.У.: Нет, я верю в то, как мир вращается.

Г.О.: Есть ли у вас секреты, которые расскажете только, когда все умрут?
Э.У.: Если я умру, эти секреты умрут со мной.

wiki.wildberries.ru

Энди Уорхол: лучшие картины художника - Андрей Варгола, поп-арт, Мэрилин Монро

Наверное, большинство украинцев даже и не подозревали, что настоящее имя Энди Уорхола мэтра поп-арта, который сумел виртуозно объединить мир искусства и рекламы, Андрей Варгола. Да, он родился в Питтсбурге в 1928 году, но не в семье американцев, а украинцев. Его родители жили в Карпатской Руси (село Микове), которая в те времена была оккупирована Словакией. Во время Второй мировой войны они покинули родную страну и отправились искать лучшей жизни за рубеж.

6 августа исполнилось бы 88 лет Энди Уорхолу. За 37 лет карьеры Андрей Варгола превратил искусство в часть системы потребления, показав, что любая вещь может стать арт-объектом.

Диптих Мэрилин

Картина была создана по горячим следам — после гибели актрисы. Уорхол свел воедино два полотна — пять десятков небрежно раскрашенных портретов, сделанных с фото Монро на съемках фильма "Ниагара", и еще один такой же, только графический, в черно-белой гамме. Выполненная в технике шелкографии, "Мэрилин" стала одним из главных инструментов превращения актрисы в посмертный культ. Девять лет назад картину купили за $80 млн, в начале десятилетия полотно появилось в британской галерее Tate.

Банка супа "Кэмпбелл"

В том же году, когда был сделан "Диптих Мэрилин", Уорхол взялся за любимую свою еду — супы "Кэмпбел". Он стал фиксировать банки с супом в больших количествах, поясняя, что работает с тем, что нравится ему лично. Самый известный вариант, большая банка с открывашкой, ушла на аукционе за $24 млн — случилось это после смерти художника. Наверняка Энди сильно удивился бы такой цене, так как сам продавал картины с банками по 100 долларов.

Пистолет

3 июня 1968 года Валери Соланас, работавшая ранее с Уорхолом как актриса, явилась в его "Фабрику" и выпустила три пули ему в живот. Пережив клиническую смерть, Энди, однако, не стал давать показания против Соланас. Очень боявшийся боли, болезней и смерти и в то же время сильно интересовавшийся этими темами, после покушения художник почти полностью сфокусировался на них. "Пистолет", созданный спустя полтора десятка лет после случившегося, демонстрирует копию оружия, из которого стреляла Соланас. Возможно, Уорхол таким образом пытался посмотреть страху в лицо.

Банан

Уорхол во второй половине 60-х стал продюсером группы Velvet Underground. Продюсирование заключалось в пиаре — продвижении информации о группе среди нужных людей и СМИ. Главный же вклад в коллектив Лу Рида Уорхол сделал, нарисовав обложку дебютного альбома. Банан, подпись Энди, три слова — Peel slowly and see — смотрелся конверт пластинки отлично. Поначалу, в первом тираже диска, Velvet Underground вовсю концептуальничали, предлагая сорвать наклеенный на конверт тот самый желтый банан, чтобы обнаружить под ним еще один — розовый и очищенный.

200 однодолларовых купюр

Больше всего Энди, по его собственному признанию, любил деньги. Было бы странно, если бы Уорхол не перенес эту любовь на холст. В процессе создания картины Энди использовал для печати свои рисунки банкнот на кальке, под которую он подкладывал одно- и двухдолларовые купюры. 47 лет спустя, в 2009-м, "200 однодолларовых купюр" стали лотом на аукционе Sotheby's в Нью-Йорке. Аукционисты планировали, что картина уйдет максимум за $12 млн., но были, мягко говоря, приятно удивлены, когда спрос разогнал цену лота до $43,7 млн. "Искусство – это прибыль, если оно хорошо продается", — утверждал Энди. Он был прав, похоже.

Восемь Элвисов

Сделанная за 15 лет до смерти Короля рок-н-ролла картина является самой дорогой работой художника. В 2008 году ее выставил на аукцион итальянский коллекционер Аннибале Берлингьери и получил $100 млн., так лик Элвиса, растиражированный и окрашенный в серебро, стал воплощением мечты Энди, желавшего максимальной цены за свои работы.

Че Гевара

С этой работой случилась история совершенно в духе Уорхола. Картину, основанную на постере "Героический партизан", сварганил компаньон Энди, Джерард Маланга. Цель была проста — выдать за картину Уорхола и неплохо заработать. Когда затея провалилась и Джерарда ждал суд и, скорей всего, приличный срок, Энди решил прийти на помощь авантюристу в не менее авантюрной манере: он признал работу своей, но с условием, что заработает на ней сам.

Автопортрет

Картина в сиреневых тонах, на которой Энди предстает всклокоченным безумцем (как обычно, впрочем), была создана им за год до своей нелепой смерти, то есть в 1986-м. В 2010-м "Автопортрет" ушел с аукциона за $32 млн.

Как сообщал "Обозреватель", ко дню рождения Энди Уорхола запустили веб-камеру с его могилы.

Жми! Подписывайся! Читай только лучшее!

www.obozrevatel.com

Энди Уорхол (Andy Warhol) — Биография и работы американского художника, повлиявшего на поп-арт

Понять Энди Уорхола (Andy Warhal) полностью невозможно. С ним однажды случилась глубокая метаморфоза. Это было в раннем детстве, когда тот заболел скарлатиной. Долгое время юный Эндрю Уорхола, как его тогда звали, страдал от нескольких симптомов, появившихся в результате осложнения, а одним из них была пляска святого Витта. Начиная с третьего класса он постоянно болел, большую часть времени проводил в постели. Постепенно болезнь отступила, но её течение оставило в его личности черты, которые не могли исчезнуть и проявлялись не только в молодости, но и зрелые годы. Американский художник Энди Уорхол — человек известный до такой степени, что особый склад его личности просто не мог не попасть во внимание самых разных исследователей. Он многократно рассматривался и со стороны искусства, и со стороны психики и нервной системы, с точки зрения философии, с позиции бизнеса. Поэтому в наше время уже невозможно сделать какое-то сенсационное заявление на его счёт. Чтобы не было сказано сейчас — говорили такое же и ранее. Отметим лишь, что его нестандартность, даже инаковость, может служить примером того, что психопатию можно блестяще монетизировать. Как же это ему удалось?

Вполне профессиональный коммерческий художник

Энди Уорхол иногда производит впечатление бездаря, который каким-то скандальным чудом умудрился пройти на Олимп американской славы через чёрный вход искусственно фабрикуемой скандальности. Это совершенно не соответствует действительности. В детстве, прикованный к постели болезнью, он вырезал картинки из различных журналов, делал коллажи, которые раскрашивал. Получались своеобразные детские произведения. Главное в них было, чтобы мальчику нравилось. Эта тенденция перевеса субъективного над общепринятым сохранилась в течение всей жизни. Ему нравится тоже самое, что и всем людям, но только он умудрился превратить детский экстаз созерцания картинок из журналов, обёрток от леденцов и банок из-под супа в особый вид экзистенциального искусства.

Он с трудом окончил среднюю общеобразовательную школу и поступил в Техническую школу Карнеги, которая на тот момент ещё не была институтом, но уже входила в число престижных образовательных заведений США. В 1949 году художник получает диплом бакалавра и начинает работать по специальности. Он оформлял витрины, создавал различные рекламные материалы и открытки, а потом работает иллюстратором в популярных изданиях, таких как Vogue, Harper’s Bazaar и подобных. Кроме этого иллюстрирует самоучитель испанского языка, что превращает его в один из наиболее популярных учебников того времени. Так что недостатком профессионализма Энди Уорхол никогда не страдал. Как и коммерческой востребованностью своего таланта. Если бы творчество Энди Уорхола никак не вышло в ранг искусства, то он всё равно был бы одним из наиболее богатых художников своего времени. Достаточно сказать, что дизайн банок напитка Кока-кола образца 1960 года — это его работа. Так что художественные произведения создавались для души, а лучше сказать, — в силу потребности психики.

Восполнение нехватки личностных качеств как основа творческого процесса

Загадка того, что представляют собой картины Энди Уорхола основана на типе патологии его личности. Психопатия расстройство дефицитарное: всегда не хватает чего-то — чувств, сопереживания, самоидентификации, что человек стремится восполнить. Он очень много написал про это, ведь его тянуло и к писательской деятельности, он даже организовал журнальчик «Интервью», на страницах которого публиковались интервью, что звёзды брали друг у друга.

Однажды он увидел девушку с нарушением пигментации. Она привлекла внимание, он даже пошёл за ней. А спустя всего дней десять — у него начались проблемы пигментации кожи, волос, глаз. Отсюда и легендарный серебряный цвет волос. С медицинской точки зрения — это расстройство из области психосоматических. Он потом спрашивал, по его же словам, у знакомого студента медика, а можно заразиться расстройством пигментации визуально, просто посмотрев на другого больного. Неизвестно, что сказал ему студент. Можно, если речь идёт о человеке с особым укладом личности. Он, словно губка, впитывает в себя образ, у него огромное вместилище вещей в сознании, их он и стремится тиражировать.

Основы жизни Энди Уорхола

Биография Энди неразрывна с тремя явлениями:

  • поп-арт как направление в искусстве;
  • концепцией массового производства, когда картины делаются сериями. Вершиной практического осуществления стала мастерская «Фабрика»;
  • философией универсального человека.

Поп-арт, родоначальником которого он считается, в понимании Энди — это выражение сиюминутных чувств, которые вызывает всё — люди, суп в банках, гоночные машины. Назвать его прославлением упаковки — ничего не понять в том, кто такой художник и что такое его странная живопись.

Массовое производство чего-то в искусстве — это вовсе не тираж с потерей качества. Вспомним гравюры, которые тоже тиражируются. Просто Энди запал на чисто детскую идею шелкографии, которая в его воображении связалась с фото. По типу характера он представляет собой хитрый комплекс шизоида, истероида и уклоняющейся личности. От шизоида в нём основное свойство — умение каждый раз придумать мир заново. Поэтому он придумал технику под себя. Ни один фотограф не скажет, что Энди Уорхол фотографии делал какие-то художественные. Он специально выбрал самое массовое, предназначенное для чайников — фотоаппарат Полароид, в те времена — самых первых модификаций. Снимки переносились на нейлоновую сетку с помощью контактного засвечивания. Таким образом создавалась матрица, а на её основе производился небольшой тираж произведений особого искусства.

Homo Universale

Философия универсального человека, или «homo universale», вертелась за всем этим творческим великолепием. Это не мужчина, не женщина, не вещь, не явление, но всегда нечто большее. Таким образом он репродуцировал своё восприятие гештальта. Характерно, что на одной из выставок, в качестве экспоната, он представлял самого себя. И это не следует рассматривать в качестве чудачества. Он на самом деле не имел понимания чётких человеческих границ личности, мог относиться к себе в качестве предмета, даже делать из этого тип поведения.

Он был гомосексуалистом, который никогда этого не скрывал, но это вовсе не означает, что ему был нужен именно секс с мужчинами. Скорее — он стремился к обмену энергией и вполне допускал платоническую привязанность. Так, он водил дружбу с уличным художником Жаном-Мишелем Баския, но невозможно сказать однозначно, что они были «сладкой парочкой». Энди Уорхол и Баския даже организовали совместную выставку, которая хоть и была воспринята в штыки критиками, но многое значила для Баския. Но это ни о чём не говорит, поскольку истые любовники Уорхола всем известны, но Баския включить в эту среду трудно. Границы личности Уорхол стирал вместе с Джоном Джорно, Билли Неймом,  Джедом Джонсоном, Джоном Гулдом и Китом Харингом. Хотя последнее — не точно, не исключено, что и отношения Кита и Энди были более платоническими, хотя сам Кит никогда не скрывал, что является гомосексуалистом.

Стиль и произведения

Стиль Уорхола в искусстве — это его собственная концепция поп-арта и артхауса. В кино он делает тоже самое, что и в живописи. Он всегда стирает границы. Всем известна эта легендарная банка супа Кэмпбелл. Критикам очень трудно признать это, но Энди не имел никакого второго смысла, когда её изображал и преподносил зрителям. Он видит её в качестве куска от гештальта. В психологии — это нечто большее, чем сумма вещей. Если кто-то смотрит на кухонный стол, то видит не стол, скатерть и тарелки на нём, но ещё и своё отношение к пространству и времени. Стол может ассоциироваться с чем-то, что является источниками комфорта или дискомфорта. Энди не мудрит с такими конструкциями, а просто рисует банку супа, который ему на самом деле нравится. Кухню никто придумать не сможет, не успеет, психику ослепляет сама этикетка, сам образ банки. Это, кстати сказать, основная сила воздействия коммерческих упаковок. Они работают ещё до того, как человек начинает думать в качественных категориях.

200 однодолларовых купюр, 1962 Банан, 1967 Банка супа «Кэмпбелл», 1962 Восемь Элвисов, 1963 Диптих Мэрилин, 1962 Зеленые бутылки Кока-Колы, 1962 Красный Ленин, 1987 Пистолет, 1981-1982 Статуя Свободы, 1986 Че Гевара, 1968 Королева Елизавета II, 1985 Мао, 1972

Энди Уорхол работы свои любил, но более любил самого себя. Это совершенно не означает, что он был законченным эгоистом. Он помогал тем, кого считал достойным. Почему? Потому что универсальные люди многофункциональны. Так он их видел, в этом их отличие от всех остальных вещей. Люди — это более вещи, чем вещи, потому что они люди. Они имеют право использовать объекты живой и неживой природы так, как им нравится. Вот такая у него была философия. И это вовсе не призыв к вседозволенности. Ему самому насилие не нравилось, поэтому он считал насилие неестественным для людей и вещей. В общем — такой парень, которому нравятся джинсы, которому не нужно объяснять, что делать зло — это зло, потому что делать зло ему было бы слишком сложно. Это вызывает дискомфорт, а вещи и универсальные люди должны быть в порядке. Железная логика аутиста, и придраться к ней невозможно.

Публика создала много шума вокруг портретов известных личностей, образа Ленина на красном фоне, диптиха Мэрилин Монро, содержащего множество её портретов и созданного после смерти актрисы, картины «Пистолет», название которой вводит в заблуждение, потому что на ней изображён револьвер. С уверенностью можно сказать, что Энди таких тонкостей просто не отсекал. Для него было куда более важным то, что на картине изображёна копия оружия из которого некто Валери Соланас, писательница, сценаристка и радикальная феминистка, широко известная в крайне узком кругу до покушения и ставшая знаменитостью после него. Это произошло на «Фабрике», которая представляла собой художественную мастерскую, клуб, киностудию и иногда вертеп. Результатом покушения стало то, что он испытывал большие физические и нравственные страдания. Три пули угодили ему в живот, был ранен кто-то ещё из тех, кто постоянно ошивался на «Фабрике» по делу и без дела. Однако Энди не стал подавать иск на Валери. Её приговорили к трём годам и принудительному лечению в психиатрической клинике.

Из-за покушения здоровье было серьёзно подорвано, но непосредственной связи между ним и смертью не было. Выстрелы прозвучали в 1968 году, а смерть наступила в 1987 году, через 19 лет. В эти годы художник продолжал заниматься творчеством, в частности — ставил свои эксперименты с раскраской гоночного автомобиля, который представлял собой динамическое произведение искусства.

Умер Энди Уорхол от остановки сердца, находясь в Медицинском центре Корнуэлл на Манхеттене, где ему была сделана операция по удалению желчного пузыря. В последние годы перед смертью был самым продаваемым и дорогим художником США.

crossarea.ru

Не просто банка: главные работы Энди Уорхола

6 августа исполнилось бы 88 лет Энди Уорхолу. За 37 лет карьеры сын мигрантов-русинов из Словакии Андрий Варгола превратил искусство в часть системы потребления, показав, что любая вещь может стать арт-объектом.

Диптих Мэрилин

Диптих Мэрилин

Картина была создана по горячим следам — после гибели актрисы. Уорхол свел воедино два полотна — пять десятков небрежно раскрашенных портретов, сделанных с фото Монро на съемках фильма «Ниагара», и еще один такой же, только графический, в черно-белой гамме. Выполненная в технике шелкографии, «Мэрилин» стала одним из главных инструментов превращения актрисы в посмертный культ. Девять лет назад картину купили за $80 млн, в начале десятилетия полотно появилось в британской галерее Tate.

Банка супа «Кэмпбелл»

Банка супа «Кэмпбелл»

В том же году, когда был сделан «Диптих Мэрилин», Уорхол взялся за любимую свою еду — супы «Кэмпбел». Он стал фиксировать банки с супом в больших количествах, поясняя, что работает с тем, что нравится ему лично. Самый известный вариант, большая банка с открывашкой, ушла на аукционе за $24 млн — случилось это после смерти художника. Наверняка Энди сильно удивился бы такой цене, так как сам продавал картины с банками по 100 долларов.

Пистолет

Пистолет

3 июня 1968 года Валери Соланас, работавшая ранее с Уорхолом как актриса, явилась в его «Фабрику» и выпустила три пули ему в живот. Пережив клиническую смерть, Энди, однако, не стал давать показания против Соланас. Очень боявшийся боли, болезней и смерти и в то же время сильно интересовавшийся этими темами, после покушения художник почти полностью сфокусировался на них. «Пистолет», созданный спустя полтора десятка лет после случившегося, демонстрирует копию оружия, из которого стреляла Соланас. Возможно, Уорхол таким образом пытался посмотреть страху в лицо.

Банан

Банан

Уорхол во второй половине 60-х стал продюсером группы Velvet Underground. Продюсирование заключалось в пиаре — продвижении информации о группе среди нужных людей и СМИ. Главный же вклад в коллектив Лу Рида Уорхол сделал, нарисовав обложку дебютного альбома. Банан, подпись Энди, три слова — Peel slowly and see — смотрелся конверт пластинки отлично. Поначалу, в первом тираже диска, Velvet Underground вовсю концептуальничали, предлагая сорвать наклеенный на конверт тот самый желтый банан, чтобы обнаружить под ним еще один — розовый и очищенный.

200 однодолларовых купюр

200 однодолларовых купюр

Больше всего Энди, по его собственному признанию, любил деньги. Было бы странно, если бы Уорхол не перенес эту любовь на холст. В процессе создания картины Энди использовал для печати свои рисунки банкнот на кальке, под которую он подкладывал одно- и двухдолларовые купюры. 47 лет спустя, в 2009-м, «200 однодолларовых купюр» стали лотом на аукционе Sotheby's в Нью-Йорке. Аукционисты планировали, что картина уйдет максимум за $12 млн., но были, мягко говоря, приятно удивлены, когда спрос разогнал цену лота до $43,7 млн. «Искусство – это прибыль, если оно хорошо продается», — утверждал Энди. Он был прав, похоже.

Восемь Элвисов

Восемь Элвисов

Сделанная за 15 лет до смерти Короля рок-н-ролла картина является самой дорогой работой художника. В 2008 году ее выставил на аукцион итальянский коллекционер Аннибале Берлингьери и получил $100 млн., так лик Элвиса, растиражированный и окрашенный в серебро, стал воплощением мечты Энди, желавшего максимальной цены за свои работы.

Че Гевара

Че Гевара

С этой работой случилась история совершенно в духе Уорхола. Картину, основанную на постере «Героический партизан», сварганил компаньон Энди, Джерард Маланга. Цель была проста — выдать за картину Уорхола и неплохо заработать. Когда затея провалилась и Джерарда ждал суд и, скорей всего, приличный срок, Энди решил прийти на помощь авантюристу в не менее авантюрной манере: он признал работу своей, но с условием, что заработает на ней сам.

Автопортрет

Автопортрет

Картина в сиреневых тонах, на которой Энди предстает всклокоченным безумцем (как обычно, впрочем), была создана им за год до своей нелепой смерти, то есть в 1986-м. В 2010-м «Автопортрет» ушел с аукциона за $32 млн.

www.elle.ru

Шелкографические картины Энди Уорхола

Едва ли найдется человек, который бы не встречал разноцветных Мэрилин Монро руки короля поп-арта Энди Уорхола. Как бы громко это ни звучало, его шелкографические произведения считают прорывом, изменившим ход современного искусства. Популярность этих работ, которые размножают и копируют уже на протяжении более полувека, не поддается никакому объяснению.

Уорхол еще в начале 1960-х начал работать над созданием шелкографических гравюр с ликами знаменитостей. Среди них была не только востребованная Мэрилин Монро, но и Элизабет Тейлор и Элвис Пресли, Джекки Кеннеди и Мао Цзэдун.



Основой для изображений служили фотографии, которые многократно увеличивались и переносились на холст в разных цветовых комбинациях.

До сих пор искусствоведы спорят о содержании работ, пытаясь вложить в них глубокий смысл и приписать Уорхолу вызов потребительскому обществу и желание подчеркнуть бездушность массовой культуры. Тем временем как сам автор не упускал возможности в своих интервью призвать критиков не искать смысла там, где его нет. По словам Энди Уорхола, созданный им образ был продиктован всего лишь спросом и потребностью общества в новых идолах, что ему вполне удалось, так как второе название портрета Мэрилин на арт-рынке — «Джоконда XX века».

Первые «Мэрилин» представляли собой небольшие полотна с такими вкусными названиями, как «Лимонная», «Виноградная», «Лакричная», «Мятная», «Вишневая»и пр. Вскоре художник начал использовать холсты большего размера, размещая на них множество одинаковых Мэрилин. А уже два года спустя появились новые одиночные портреты с менее вкусными, но более яркими наименованиями: «Бирюзовая», «Красная», «Оранжевая», «Золотая», — которые сейчас входят в число самых дорогих и желанных произведении короля поп-арта.

Брак с запахом пороха

Ошеломляющий успех сопровождал гравюры серии «Выстрел» с весьма криминальной предысторией... Однажды художника посетила его подруга Дороти Подбер с просьбой сфотографировать (англ. shooting) уже ставшее каноническим изображение Мэрилин Монро. Уорхол согласился и с изумлением увидел, как гостья вытащила пистолет и прострелила насквозь целую стопку картин с портретом Монро (так как shooting в английском языке обозначает также «стрелять»).

В результате Уорхол не только сделал этот случаи достоянием публики, но и продал данные произведения вдвое дороже, переименовав их в серию «Простреленная Мэрилин».

На сегодняшний день все работы с «запахом пороха» находятся в руках ведущих частных коллекционеров. Столь пикантная история и грамотный маркетинговый ход привели к тому, что на протяжении почти десяти лет аукционный рекорд Уорхола принадлежал шелкографии 1964 года «Оранжевая Мэрилин», проданной на Sotheby’s в 1998 году за 17,3 миллиона долларов. В свою очередь, «Бирюзовая Мэрилин» — единственная уцелевшая от пули работа, — по неофициальным данным, была приобретена в 2007 году за 80 миллионов долларов.

На сегодняшний день прикоснуться к популярному искусству Энди Уорхола можно и через иную материализацию: духи, вина, одежду и прочие аксессуары, которые доступны в основном в ограниченных тиражах благодаря выдаваемым лицензиям фонда Уорхола (warholfoundation.org).

Беспрецедентная возможность!

В сентябре 2012 года Фонд Энди Уорхола объявил о намерении распродать свою коллекцию через аукционный дом Christie's. 12 ноября состоялся первый открытый аукцион, где было представлено 354 лота: картины, рисунки, фотографии, гравюры, — многие из которых были показаны публике впервые. Торги прошли с ожидаемым успехом и собрали 17 миллионов долларов.

Так как в архивах фонда находилось около 4 000 работ, торги, по предварительным подсчетам, могли занять пару лет. Поэтому в октябре аукционный дом открыл специальный сайт: www.christies.com/warhol, где начиная с февраля 2013 года проходят интернет-торги работ Уорхола. По словам президента фонда, эти продажи обеспечили беспрецедентный доступ к творчеству автора, а вырученные средства идут на благотворительные программы фонда.

samoe-samaya.ru

Энди Уорхол — король поп-арта

Человек, высмеивавший конвеерность такой же конвеерностью. Человек, на протяжении почти тридцати лет недовольный формой своего носа. Человек, ставший королем поп-арта. Все это — Энди Уорхол.

В 1928 году никто не мог предположить, что родившемуся в словацкой семье иммигрантов Эндрю Вархоле (таково настоящее имя художника) суждено стать фактически создателем поп-арта. О его деятельности лучше всего высказался он сам:

«Хочу ли я стать великим художником? Нет. Лучше уж я стану знаменитым»

 

 

Уорхол, в отличие от больших мастеров, изначально стремился именно к славе и богатству. И своей цели добился.

Родители Эндрю Вархоле не имели отношения к искусству: отец был чернорабочим, а мать — мойщицей окон. Они даже английский язык знали плохо. Воспитание четырёх детей семье давалось с огромным трудом, и главной поддержкой для них было христианство и вера в американскую мечту. Маленький Эндрю Вархола доверял родителям и рос очень набожным ребенком.

У будущей знаменитости с детства было слабое здоровье. В восемь лет из-за болезни центральной нервной системы ему прописали долгий постельный режим, который впоследствии будет повторяться из года в год.

Во время болезней мать, чтобы хоть как-то подбодрить сына, покупала ему раскраски, комиксы, альбомы и фото знаменитых актеров. Эти образы откладывались у маленького Эндрю в голове и, чуть повзрослев, он стал воплощать их на бумаге. Родители, отметив его способности к рисованию, начали копить деньги, чтобы через несколько лет оплатить сыну высшее образование.

 

 

На последних курсах университета, уже сменив фамилию на Уорхол, Энди учился на факультете рисования и дизайна. Он выбрал себе псевдонаивный, полумультяшный стиль, который стал использовать и после обучения, став успешным коммерческим дизайнером. Это были первые шаги к созданию его знаменитого стиля, когда картины словно лишены создателя и частичек его души, которые каждый художник обычно вкладывает в свою работу. Позже подобное искусство назовут «машинизированным».

 

 

В те годы Энди Уорхол уже мог достаточно зарабатывать, но его имя было известно лишь в узких кругах, а несколько попыток выставиться в галереях провалились. Это вызывало недовольство художника. Даже его друзья, Роберт Раушенберг и Джаспер Джонс, тоже начинавшие с иллюстраций, уже стали настоящими звездами. Энди завидовал. И во многом именно зависть помогла ему стать тем, кем мы его знаем.

Чтобы стать знаменитым, нужно было соответствовать требованиям толпы. Уорхол заметил, что интересы людей стали перемещаться от экспрессионизма к обыденным предметам и деталям из поп-культуры. В конце пятидесятых Энди представил перед публикой серию произведений, выполненных с соблюдением всех необходимых критериев для того, чтобы привлечь тогдашнего зрителя.

 

Живопись Живопись

Это были простые изображения бытовых вещей: пылесосов, консервов, бутылок, телевизоров и многого другого. Так Уорхол практически нашел свою нишу, уже к началу шестидесятых начав использовать в свои работах ставшие неизменными банки с супом «Кэмпбеллс», кока-колу, знак доллара и Мерилин Монро.

 
Живопись
 

Механического принципа создания работ Энди не боялся а, наоборот, лишь подчеркнул его, дав своей новой студии на Манхеттене название «Фабрика». Там постоянно тусовались разные андерграундные художники, писатели и музыканты, ходившие за прославившимся Уорхолом, словно свита.

На «Фабрике» Энди определил, что его любимая техника – шелкография. А из-за использования печатных станков, работы Уорхола начали словно ставиться на поток, не имея авторства и оригинала. Изображая на своих картинах десятки идентичных банок супа и бутылок колы и обличая бездушную конвейерность современного производства, сам Энди создавал работы точно таким же образом, за что многие имели к нему претензии. Его картины являлись словно иконами начавшего расцветать в те годы общества потребления.

Хотя мы не можем утверждать, что он хотел что-то обличить. Возможно, его вообще не волновало, что рисовать, главное — чтобы нравилось толпе. А чем больше картин — тем больше прибыли. Станки же были лучшим решением в его случае.

Большую часть времени Энди Уорхол проводил за работой в своей мастерской, занимаясь далеко не одним рисованием. (ФОТО - Уорхол с фотоаппаратом). Он делал эстампы, полароидные снимки, снимал документальные и художественные фильмы, а так же записывал огромное количество разговоров на магнитофон, с которым не расставался. Съемка фильмов очень сильно повлияла на его судьбу.

 
Живопись
 

В 1968 на «Фабрику» пришла Валери Соланас — убежденная феминистка, иногда снимавшаяся в фильмах Уорхола. Она внезапно достала пистолет, подошла к художнику и три раза подряд выстрелила ему в живот, сказав, что он украл ее сценарий. Скрыться с места преступления Соланас не спешила — она дождалась полицейских и призналась, что стреляла в Энди Уорхола.

Художник пережил и клиническую смерть, и многочасовую операцию, но не стал давать показания против Валери. Все его внутренние органы были повреждены, из-за чего Энди испытывал постоянные боли. С того момента он сильно замкнулся в себе, почти перестал пускать кого-либо на «Фабрику» и стал уделять в своих работах внимание темам смерти и бессмысленности жизни.

«Я всегда подозревал, что смотрю телевизор, вместо того чтобы жить» — сказал тогда Энди Уорхол.

 
Живопись
 

В последние годы он тратил множество средств и времени на помощь начинающим талантливым художникам, среди которых были Жан-Мишель Баския и Джулиан Шнабель, впоследствии ставший режиссером, снявшим фильм о Баскии и Уорхоле.

Многие современники Энди не ценили его творчества и не понимали посылов подобных работ. Как коробка для перевозки может быть скульптурой? Как портреты Мерилин Монро могут быть картиной, а тем более – диптихом, как Уорхол ее назвал?

 

Живопись Живопись

Сам художник в одном из интервью ответил, что так проще. И это помогает ему скоротать время на досуге.

Несмотря на все странности и на неоднозначное отношение со стороны общества, Энди Уорхол все же совершил переворот в культуре, сделав искусством предметы, максимально далекие от искусства. Он уничтожил ту грань, которая долгое время отделяла культуру от быта, смешав идеальное с материальным. Только вот не зря ли он это сделал?

artifex.ru

Энди Уорхол и его влияние на фотографию

Энди Уорхол. Поп-арт и фотография

Долли Партон, 1985. Шелкография © Энди Уорхол

В начале 1960-х на одной из выставок в музее «Метрополитен» его директор Томас Хоувинг произнес речь, в которой сформулировал общее настроение, царившее тогда в обществе: «Существовало когда-то такое старое представление, будто интеллектуалы не знают, что происходит в другом мире — мире популярной культуры… Сейчас все стали частью одной и той же культуры». По иронии судьбы первыми поп-артистами были англичане Эдуардо Паолоцци и Ричард Гамильтон, но громкая слава досталась более провокационным американцам — Джасперу Джонсу, Роберту Раушенбергу и Энди Уорхолу.

Образы массовой культуры, отрицание серьезности искусства и использование или воспроизведение реальных банальных предметов — всего лишь поверхностное определение поп-арта, иными словами популярного искусства (Popular Art). Каждый автор по-своему описывал и представлял это направление. Для Уорхола поп-арт — «это о любви к вещам». И хотя Энди никогда не называл себя фотографом, в 1980 году он сделал весьма неожиданное заявление: «Я не верю в искусство, но верю в фотографию».

z

Фотокарточка Мэрилин Монро с разметкой Уорхола.

Фотокарточка Мэрилин Монро с разметкой Уорхола.

Мэрилин Монро, 1963 © Энди Уорхол

Мэрилин Монро, 1963 © Энди Уорхол

z

Художники поп-арта часто использовали фотографию в своем творчестве, и как составную часть произведения, и как источник. Однако только об Уорхоле можно определенно сказать, что фотография в ее различных проявлениях — от газетных вырезок, популярных карточек звезд, снимков в фотографическом автомате и полароидов до документальных съемок в ночных клубах и путешествиях — неотделима от его творчества.

В начале 1960-х Уорхол создает свои прославленные серии, выполненные методом шелкографии, в которых эксплуатируются два основных мотива: портреты популярных «героев» (кино — Мэрилин Монро, Лиз Тейлор, Уоррен Битти; политики — Джеки Кеннеди, Мао Цзедун и многие другие) и изображения смерти (автомобильные и авиационные катастрофы, электрические стулья, пищевые отравления, суициды, атомный гриб и прочее). Многократно повторяющийся образ, изолированный от других ему подобных, складывался в произведение, напоминающее по структуре сетку. Эти тиражируемые нарочито отстраненные изображения лишь усиливали банальность и обыденность присутствующих на них образов массовой культуры. «Когда ты видишь страшную картину снова и снова, это перестает впечатлять», — говорил Уорхол о своей серии катастроф.

z

Джеки, 1963, подготовительный материал © Энди Уорхол

Джеки, 1963, подготовительный материал © Энди Уорхол

Джеки, 1963 © Энди Уорхол

Джеки, 1963 © Энди Уорхол

z

[LINK_TO ARTICLE 6331]

Уорхол заимствовал образы из газетных вырезок, рекламных афиш и собранной им коллекции фотокарточек кинозвезд, которые увеличивались и переносились на шелк. Работа «129 погибли в авиакатастрофе» откровенно имитирует страницу из New York Mirror, откуда и было позаимствовано первоначальное изображение; источником для «Электрического стула» стали архивные фотографии с казни шпионской четы Розенберг, специально найденные Уорхолом в архиве Нью-Йоркской публичной библиотеки. Прообразом и материалом для серии черно-белых фотографий «13 самых разыскиваемых людей» стал буклет ФБР с описаниями 13 разыскиваемых преступников. Их снимки в фас и профиль были сделаны на фасаде Нью-Йоркского павильона к Всемирной ярмарке 1964 года, но вскоре сняты. В этом же году в шелкографии «Американец, или Портрет Уотсона Пауэлла» Уорхол создает собирательный образ «типичного американца», также основываясь на фотографиях конкретной модели.

Идея тиражирования и производства (в промышленном смысле) искусства, так занимавшая Уорхола, воплотилась в его «Фабрике». Студия работала как коммерческое предприятие, выдавая до 80 шелкографий в день, поставив произведения искусства на поток. Желание Уорхола писать картины, «уподобляясь машине», должно было привести к технизации процесса, анонимности произведения и уподоблению его обычному продукту производства. В этом случае вопрос авторства и равноценности того или иного произведения оказывался вторичным. Процесс «автоматического» создания изображения напоминал теорию дадаистов об «автоматическом» письме. Художник мечтал, «чтобы как можно больше людей занимались шелкографией: никто не должен догадаться, моя перед ним картина или чья-то чужая».

z

Автопортрет, полароид, 1986 © Энди Уорхол

Автопортрет, полароид, 1986 © Энди Уорхол

Автопортрет, шелкография, 1986 © Энди Уорхол

Автопортрет, шелкография, 1986 © Энди Уорхол

z

В начале 1960-х Уорхол изобрел идеальный способ, в полной мере реализующий эту идею — снимать своих моделей в обычных городских фотоавтоматах. Эта мысль осенила его, когда журнал Harper’s Bazaar заказал ему иллюстрации на тему «новые лица в искусстве», затем в этом же духе были сделаны работы для Time на сюжет «современные подростки». Снимки в фотоавтоматах стали источником изображений для создания шелкографий с многочисленными портретами и автопортретами в период с 1963–1966 годов. Заказчики, по сути, сами делали свои снимки, всячески импровизируя во время съемки. Готовые фотографические «ленты» затем отдавали Уорхолу, на основе которых он и создавал свои «художественные продукты». Сами по себе эти «ленточные» фотографии определенно напоминают как движущиеся фотографии XIX века, так и первые кинематографические опыты самого Уорхола, например «Эмпайр». Одними из первых моделей для этих портретов были подруга художника Этель Скалл и будущая известная галеристка Холли Соломон. Обе оставили впечатляющие свидетельства об уорхоловской «манере работы» над портретами. Уорхол предпочитал автоматы неподалеку от своей «Фабрики», например на углу Бродвея и 42-й улицы. Этель Скалл вспоминает практические «руководства» Уорхола: «Мы попробуем сделать фото в светлых тонах и в темных, я посажу тебя в будку, и тебе надо будет смотреть на красную лампочку». Далее она описывает:

z

Торс, 1978, Полароид © Энди Уорхол

Торс, 1978, Полароид © Энди Уорхол

Торс, 1978, Живопись © Энди Уорхол

Торс, 1978, Живопись © Энди Уорхол

z

«Я стояла и смотрела на красную лампочку и боялась пошевелиться. Вошел Энди, расшевелил меня, тогда я наконец расслабилась. „Играй и улыбайся, это стоит мне денег”, — сказал он. Мы бегали из кабинки в кабинку, он меня фотографировал, и везде сушились готовые фотографии. Когда я вышла, он говорит: „Ну что, хочешь на них взглянуть?” Мне так понравилось, что теперь, я думаю, буду только там фотографироваться. Когда портрет был готов, его доставили частями, и Боб сказал ему: „Как бы ты хотел… ты не мог бы помочь нам его правильно составить?” Он сказал: „Э, нет. Вон человек специально пришел, чтобы его собрать, пусть он и делает, как считает нужным”. — „Но Энди, это же твой портрет”. — „Неважно”.

И вот он сидел в библиотеке, а мы возились с портретом. Потом, конечно, он все-таки вышел и окинул своим критическим взором то, что мы насобирали. „Ну, я так и думал, что это будет здесь, а это — вон там”. Когда все было закончено, он сказал: „Нет, правда, это не имеет значения. Все просто здорово”».

z

Лавандовый электрический стул, 1963 © Энди Уорхол

Лавандовый электрический стул, 1963 © Энди Уорхол

Мужское ню, 1987 © Энди Уорхол

Мужское ню, 1987 © Энди Уорхол

z

Всех своих моделей Уорхол изображает как бы играющими, творящими вместе с фотографом свой собственный облик, подавая себя миру не такими, каковы они есть, а какими они хотят быть увиденными окружающими.

Воплощение фантазий своих моделей, создание всевозможных фикций было основополагающим кредо Уорхола. Он не изменял ему даже в собственных автопортретах, которые он делал на протяжении всей творческой жизни. И даже его признанию: «Если вы хотите все узнать об Энди, смотрите мои фильмы, мои картины. В этом весь я. Больше ничего нет» — не стоит по-настоящему доверять. Как пишет в своем эссе Роберт Роземблюм, «уже в своих ранних автопортретах Уорхол представляет себя как знаменитость, преследуемую папарацци». Так, в автопортрете 1963 года, сделанном по заказу Флоренс Барон в фотографическом автомате, Уорхол выбирает различные эффектные позы и подобно знаменитости прячет глаза под солнечными очками.

z

Автопортрет, полароид, 1979 © Энди Уорхол

Автопортрет, полароид, 1979 © Энди Уорхол

Автопортрет, 1964 © Энди Уорхол

Автопортрет, 1964 © Энди Уорхол

Автопортрет, Полароид, 1979 © Энди Уорхол

Автопортрет, Полароид, 1979 © Энди Уорхол

z

Экспериментирование со своим обликом — неотъемлемая часть его автопортретов. Так, в одном из них (1964), растиражированном шелкографским способом, Уорхол явно повторяет иконографию портретов из уголовных дел. Портреты и автопортреты художника — это своеобразный театр для себя и других. В этом Уорхол очень напоминает Рембрандта. Уорхол, как и Рембрандт, экспериментировал главным образом с лицом, придавая ему то или иное выражение, играя мимикой. Художник, словно актер, исполнял определенные роли, смешивая себя настоящего с придуманным, желанным образом.

В 1970-х Уорхол в основном делает портреты все тем же шелкографским способом на заказ. Только теперь в качестве основы он использует снимки, сделанные Polaroid SX-70 Big Shot. Съемка полароидом привлекала художника своей быстротой, простотой и возможностью создавать как бы плоскостное изображение. Фотосессия всегда начиналась и проходила одинаково: модель, обычно знаменитость, приглашалась в студию на обед. Мик Джаггер, принцесса Монако Каролин, Джон Ричардсон, Френсис Бэкон, Кэнди Спеллинг, Лайза Минелли, Роберт Раушенберг, Рой Лихтенштейн, Роберт Мэпплторп и многие другие позировали ему в качестве моделей. Затем делался make-up, важной неотъемлемой составляющей которого было наложение обильного слоя пудры на лицо и шею. Подобным способом Уорхол прикрывал изъяны лица, одновременно делая его похожим на маску. На фоне пустой белой стены модель принимала привлекательную позу, Уорхол делал несколько снимков, чтобы потом отобрать только один в качестве основы для произведения, каждое из которых вдобавок было по-особому раскрашено. Результат был неоднозначным, но впечатляющим: вместо портрета конкретного персонажа появлялся плакатный собирательный образ звезды. Впрочем, художник любил акцентировать внимание на деталях, наиболее характеризующих персонажа, например глаза и лоб — у Лихтенштейна, губы — у Минелли.

z

«Эмпайр», 1964, кадр из фильма © Энди Уорхол

«Эмпайр», 1964, кадр из фильма © Энди Уорхол

Долли Партон, 1985. Полароид © Энди Уорхол

Долли Партон, 1985. Полароид © Энди Уорхол

Этель Скал, 1963 © Энди Уорхол

Этель Скал, 1963 © Энди Уорхол

z

В отличие от портретов, сделанных на заказ, многие полароидные автопортреты Уорхола не были использованы в шелкографиях. Это были личные, экспериментальные снимки, оставшиеся в его архиве. В 1979 году корпорация «Полароид» пригласила художника сделать несколько портретов новой камерой непосредственно в их студии. Камера позволяла делать цветные изображения за 60 секунд. В этот день Уорхол сделал десять портретов, четыре из которых — собственные. Все они отличаются чрезвычайно крупным планом, а голова Уорхола не вписывается целиком в пространство кадра. В одном взгляд резко поднят вверх, в другом — голова и взгляд смиренно опущены вниз. Здесь обнаруживается противоречивое сопоставление между близким крупным планом, безжалостно открывающим все изъяны кожи, и умышленным обманом, театральностью, читаемой в его игре с поворотами головы и отведенным от камеры взглядом.

z

Автопортрет в парике, полароид, 1980-81 © Энди Уорхол

Автопортрет в парике, полароид, 1980-81 © Энди Уорхол

Автопортрет в парике, полароид, 1980-81 © Энди Уорхол

Автопортрет в парике, полароид, 1980-81 © Энди Уорхол

z

«Обнажающая» театральность присуща серии автопортретов в парике 1980–1981 годов, сделанной совместно с Кристофером Макосом. Это уорхоловское обращение к известной фотографии Ман Рэя, на которой Марсель Дюшан представлен в образе своего женского alter ego Роз Сэлави. К этой теме также обращается Роберт Мэпплторп в 1980 году, создавая свой автопортрет в образе женщины в мехах. В отличие от этих портретов и автопортретов Уорхол едва скрывает макияжем мужские черты лица. Для Уорхола облачение в многочисленные карикатурные парики, напоминающие прическу то Мэрилин Монро, то Джейн Фонды, — это взгляд на себя в другом, возможном, воображаемом облике. Но и здесь он опять демонстрирует свои бесчисленные маски, нежели себя самого в поисках собственной идентичности. Ведь под этим париком все равно окажется другой — тот серебряный, с которым Уорхол никогда не расставался на публике. Так, его лицо в шелкографском автопортрете 1986 года в синей, красной, зеленой гамме, выполненном на основе полароидного снимка, своей окаменелой мимикой напоминает нечто похожее на посмертную маску.

Полароидные снимки нужны были Уорхолу также для создания более «личных» произведений, посвященных обнаженному мужскому телу и гомосексуальной эротике. Наиболее незаурядные изображения созданы в его серии, представляющей торсы, отсылающие не только к теме античности, но и к фотографическим предшественникам и современникам, например Роберту Мэпплторпу. В конце 1970-х Уорхол увлекся документальной съемкой, героями которой стали звездные обитатели ночных клубов, городские виды и здания. И хотя ряд критиков видел в Уорхоле всего лишь «пустое место с громкой подписью», значение его фигуры в культуре 1960–80-х годов можно сформулировать словами из песни созданной им рок-группы Velvet-Underground: «Я буду вашим зеркалом».

z

Автопортрет, 1963-64. Снимки из фотоавтомата © Энди Уорхол

Автопортрет, 1963-64. Снимки из фотоавтомата © Энди Уорхол

Портфолио со снимками из ночных клубов, встреч
художника, 1980-е © Энди Уорхол

Портфолио со снимками из ночных клубов, встреч
художника, 1980-е © Энди Уорхол

z

prophotos.ru