Галатея и асис – Архивы Асис и Галатея — д-р Юдицкий, тот самый, живой классикд-р Юдицкий, тот самый, живой классик

Ацис и Галатея (балеты) — Википедия

А́цис и Галате́я – балеты на мифологический сюжет из поэмы Овидия «Метаморфозы».

Сюжет балета основан на античном мифе о несчастной любви Галатеи и Ациса (иногда латинизированное имя передаётся как Атис, в греческом варианте Акид). Сценаристы использовали сюжет из поэмы Овидия «Метаморфозы». Сама по себе эта латинская поэма является результатом многовекового развития мифологической традиции в античной литературе. Поэма является сборником мифических любовных историй, приводящих к превращению кого-то из героев, то есть метаморфозе. Морская нимфа, нереида Галатея и Ацис, сын Фавна и речной нимфы, испытывают взаимное чувство. На беду в Галатею влюбляется циклоп Полифем, существо ужасное и мощное. Он бросает в Ациса скалу, которая его раздавила. Морской бог Нептун, отец Галатеи, по её просьбе превращает кровь Ациса, текущую из-под скалы, в реку, у вод которой нимфа ищет утешения.

Сюжет пользовался большой популярностью. Он представлен на многих живописных полотнах, послужил основой для опер Марка-Антуана Шарпантье, Жан-Батиста Люлли и Георга Фридриха Генделя.

Балетмейстер Ф. Гильфердинг поставил пантомимный балет на музыку И. Хольцбауэра в 1753 году в Вене.

Он повторил свою постановку в Петербурге в Зимнем дворце. Композитором и дирижёром был И. Старцер, сценарий П. Гранже. По одним источникам спектакль был 6 февраля 1764 года. Балет исполняли придворные: Гимен - великий князь Павел Петрович, Ацис – принц Курляндский, Галатея - графиня Е. Сиверсова, Полифем - князь Борятинский. Амур - С. А. Олсуфьев[1], пастухи и пастушки танцующие - фрейлина княжна М. Хованская, графиня Е. Бутурлина, фрейлины Хитрово, Дараганова, князь И. Несвицкий, шталмейстер Л. Нарышкин, г-н Цоллер. Пастух поющий - шталмейстер Нарышкин. Пастушка поющая - фрейлина Дараганова.

Ж. Ж. Новер поставил в 1772 году в Вене балет в 3 актах на музыку композитора Ф. Аспельмайра.

Шарль Дидло впервые поставил пасторальный балет в 1 акте в Лондоне 15 июня 1797 года на музыку композитора Босси.

После возвращения в Россию он поставил анакреонтический балет в 2 актах на музыку композитора К. А. Кавоса 30 августа 1816 года на сцене Большого театра в Петербурге. Спектакль оформили художники Д. А. Корсини и Кондратьев. Партии исполняли Галатея – А. И. Истомина, Ацис – А. С. Новицкая, Полифем – Огюст, Амур – В. А. Зубова, Венера - М. Н. Иконина, Аполлон - Я. Люстих, Флора – Н. Никитина. Аспазия – А. А. Лихутина.

Одноактный балет в Мариинском театре был поставлен 21 января 1896 года балетмейстером Львом Ивановым на музыку дирижёра театра, чеха по национальности, Андрея Кадлеца, по сценарию В. И. Лангаммера. Спектакль оформили художники В. Перминов, Е. П. Пономарев, дирижировал Р. Е. Дриго. Партии исполняли Полифем – Н. С. Аистов, Галатея – Л. А. Рославлева, Ацис – С. Г. Легат. Гименей – О. И. Преображенская, Амур – В. А Трефилова.

Хореографический дебют балетмейстера состоялся 20 апреля 1905 года на сцене Мариинского театра. Спектакль ставился на ту же музыку Кадлеца и тот же сценарий, что и балет Иванова, но был принципиально новым по хореографии. Это был экзаменационный спектакль Петербургского театрального училища, в котором М. М. Фокин вёл женский класс.

Впервые взявшись за постановку, М. М. Фокин решил реализовать в ней новые хореографические идеи. В частности он думал о приближении танцев и пластики к античным прототипам. В этой связи он серьёзно работал в Публичной библиотеке. Заведующий художественным отделом библиотеки, известный критик В. В. Стасов, заинтересовался читателем с необычными запросами и познакомился с Фокиным, узнав о его замыслах, он посоветовал молодому балетмейстеру многие редкие издания. Однако администрация училища, узнав о необычности постановки, запретила Фокину излишние новации. Мотив этого запрета был очевиден – учащиеся должны на экзамене показать то, чему их учили, то есть классический балетный танец. Фокин был вынужден подчиниться этому очевидному аргументу.

Однако некоторые новшества всё-таки были реализованы. Были приближены к античным образцам костюмы актёров. Фокин решительно отказался от свойственных классическому балету симметричных построений, он также стремился расположить актёров в нескольких уровнях, используя сидящие и лежащие на полу позы. Ограниченно и осторожно были введены некоторые новшества в мимическую игру, жестикуляцию. Однако в целом балет смотрелся как вполне продолжающий классические традиции.

В балете приняли участие ученицы из класса М. Фокина, мужские партии исполняли ученики Михаила Обухова: Галатея – М. Н. Горшкова, Ацис – Ф. В. Лопухов, Полифем – А. А. Облаков, Гименей – Е. А. Смирнова. Амур – Л. В. Лопухова.

Г.Н. Добровольская

Ацис и Галатея в книге Балет: энциклопедия. / Гл. ред. Ю. Н. Григорович.- М.: Советская энциклопедия, 1981.- 623 стр. с илл.

Ю. А. Бахрушин. История русского балета. — Л.- М.: Советская Россия, 1965. — 249 с.

В. М. Красовская. Русский балетный театр начала XX века. — М., 1971-1972.

Михаил Фокин. «Против течения» = Сценарии и замыслы балетов. Статьи, интервью и письма / Ю.И.Слонимский, Г.Н.Добровольская, П.С.Линде, А.Г.Мовшенсон, Н.П.Ренэ-Рославлева, Г.В.Томсон. — переводы: Л.А.Линькова, Ю.А.Добровольская, В.М.Павлоцкий. — Петербург: "Искусство", 1981. — Т. 2-е издание. — 510 с. — 30 000 экз.

Ацис и Галатея (опера Люлли) — Википедия

А́цис и Галате́я (фр. Acis et Galatée) — последняя премьера выдающегося французского композитора XVII-го века Жан-Батиста Люлли́, музыкальное произведение, написанное в жанре пасторали. Опера писалась к сроку, по заказу очень родовитого 32-летнего герцога Луи́ Жозе́фа де Вандо́м.

Герцог, перестроивший своё родовое поместье по самым последним требованиям архитектурной моды, пожелал отметить окончание работ по-королевски и пригласил отпраздновать новострой своего величественного Кузена, угостив его не только изысканной пищей и грандиозной охотой, но и

премьерой одного из самых прославленных современных композиторов Франции.

Премьера состоялась 6 сентября 1686 года, в первый же вечер восьмидневного праздника, и, наверное, очень понравилась гостям, потому что уже спустя десять дней, 17-го сентября, оперу ставят в «официальном придворном театре» — в Королевской академии музыки; а может, просто потому, что Люлли был придворным капельмейстером и директором этого оперного театра.

В отличие от многих других своих опер, которые автор называл «трагедии, положенные на музыку», эту оперу Люлли обозначал как «героическую пастораль»: в опере было всего три акта против обычных пяти, действие разворачивалось в типичном для любовных пастушеских историй ключе, с упрощениями, свойственными камерным сценическим произведениям того времени; с другой стороны, по драматическому накалу или музыкальной насыщенности опера мало отличалась от его классических — то есть, героических по определению — «музыкальных трагедий».

Успешное до этого сотрудничество Люлли с известным тогда драматургом и либреттистом Филиппом Кино́ (фр. Philippe Quinault), на этот раз не состоялось, — несмотря на то, что со времени премьеры их последней совместной работы, оперы «Армида», принятой более, чем благосклонно, прошло всего полгода. Причина отказа от дальнейшего сотрудничества, столь логичного после февральского успеха «Армиды», не совсем ясна. Источник сообщает лишь, что Кино «больше не занимался театральной работой». Это могли быть личные отношения, но возможно, что сотрудничеству помешала болезнь Кино, — в следующем году он скончался.

Ещё одной причиной отсутствия Кино среди авторов могло быть и ясно выраженное пожелание заказчика — герцога де Вандом. Готовясь к званому празднику в присутствии королевских особ, герцог обратился к великому Расину с просьбой написать либретто к опере, которую он хотел бы поставить в дни праздника. Расин порекомендовал герцогу положиться на способности его «верного ученика» Кампистрона, буквально только что побывавшего в центре внимания в связи с удачной премьерой его пьесы «Андроник».

Так или иначе, тридцатилетний начинающий драматург пишет либретто для самого именитого композитора Франции, и оба знают, что их труд будет представлен на особо торжественном вечере перед почти всей свитой Наследника, а возможно, и самого короля.

За основу для либретто была выбрана история из 13-й главы «Метаморфоз» Овидия, строчки с 740-й по 897-ю, о «любовном треугольнике» между юной нереидой Галатеей, юным сыном Фавна Ацисом и уродливым, но очень могучим циклопом Полифемом.

Влюблённый в Галатею Полифем ухаживает за нею с нежностью отца, в то время как Галатея чувствует себя счастливой только в объятиях Ациса. Застав их однажды вместе, разъярённый Полифем убивает Ациса, бросив в него отломанный в безумии ревности кусок скалы. Безутешная Галатея просит своего отца, бога морей Нептуна, превратить текущую из-под скалы кровь возлюбленного в ручей.

На обложке либретто указывалось посвящение Наследнику. Учитывая характер предстоявшей постановки, длительность подготовки, выбор авторов, статус заказчика, придворные нравы во времена Людовика XIV, можно предположить, что сюжет был выбран не случайно, и в персонажах пасторали посвящённые могли узнавать некоторых своих знакомых, и что кому-то из зрителей делалось тайное сообщение.

В пользу такого предположения говорит и то, что, по общему мнению, в персонажах предыдущей пьесы Кампистрона «Андроник» под экзотическими именами явно угадывалась «история» Дона Карлоса и Елизаветы Валуа, и то, что в тот же год Кампистрон становится личным интендантом герцога де Вандом.

Таким образом, разница между камерной «героической пасторалью» «Ацис и Галатея» Жан-Батиста Люлли и одноимённым произведением[en] Генделя становится ещё яснее.

Покровительница охоты и музыки богиня Диана появляется в прологе неслучайно: основательницу родового дворца, перестройку которого праздновал потомок незаконной любви Генриха IV герцог де Вандом, звали Диана де Пуатье, и она была фавориткой короля Генриха II.

Пролог[править | править код]

богиня Диана, группа дриад, фавнов и пр. сельских божеств, л’Амбонданс (L’AMBONDANCE), Комус (Komus), свита того и другого, Аполлон.

Основное действие[править | править код]

Ацис, Галатея, Полифем, свита Полифема, Телем, Сцилла, Тирсий, Аминта, хор горожан и горожанок, жрец Юноны, свита жреца Юноны, Нептун, свита Нептуна, хор бога морей, наяды.

По голосам[править | править код]

  • Lully: Acis & Galatée (Fouchécourt, Gens, Naouri, Crook, Delunsch, Félix, Masset; Les Musiciens du Louvre; Conductor Minkowski). Archiv (1998).

Постановка / Ацис и Галатея / Латвийская национальная опера и балет

О постановке

Эта опера-миниатюра была написана Генделем в 1718 году для постановки в имении Джеймса Брайджеса, Герцога Чандосского. В 1722 году произведение было опубликовано и, пройдя через множество авторских переработок, стало драматическим произведением из двух частей, одним из самых исполняемых в творчестве Генделя. Творческая группа ЛНО осталась верна галантному стилю, создавая свою постановку, как милый подарок - игривый, остроумный, с богато разработанными деталями. Их интерпретация классического мифа превратилась в рассказ о красоте природы, которая дает нам простую, но трогательную мораль: внешняя красота, в конечном счете, уйдёт, но красота Души это залог нашего вечного.

Содержание

ДЕЙСТВИЕ I

В Аркадии, на земле нимф и муз правит радость и счастье, горюет только Галатея, чье сердце долго томится по любимому Ацису. Ацис бродит по лесам и горам, разыскивая свою Галатею. Не найдя её, он отчаянно молит горного бога о помощи. Дэймон пытается отвлечь мысли Ациса от Галатеи говоря, что любовь приносит только беспокойство и Ацис находится под угрозой смерти, теряя голову от любви. Но Ацис не слушает Дэймона и встречает Галатею. Они счастливы. Нимфы и пастухи радуются. В Аркадии правит счастье.

ДЕЙСТВИЕ II

Хор передаёт веление судьбы – радость закончилась, приближается несчастье. Прибывает  циклоп Полифем, который также томится от любви к Галатее. Он, разговорив Галатею, приглашает её в свой замок на скале. Галатея отказывается. Злой Полифем готов получить ее силой. Дэймон советует Полифему брать Галатею не силой, а нежностью. Ацис разгневан любовью Полифема и готов бороться за честь любимой женщины. Галатея пытается отговорить Ациса, но ужепоздно – Полифем убивает Ациса придавив его валунами. Хор объявляет траур. Галатея скорбит, хор её успокаивает и рекомендует использовать свои магические силы, чтобы спасти любимого человека. Галатея так и делает, превращая Ациса в ручей, спасая его таким образом от позорной смерти. Ацис воскрес, и снова в Аркадии правит радость и счастье.

Дела давно минувших дней – Ацис и Галатея

Это случилось давным-давно  в далёкой и славной стране Аркадии.  Поэт  Овидий, чуть ли не один из  современников развернувшихся там событий,  описал их в своей книге «Метаморфозы», а уже почти наш современник Джон Гей в 1739 году написал либретто для будущей оперы по этому сюжету. Либретто понравилось композитору Генделю, и он  создал оперу, связанную с событиями, изложенными в либретто, назвав её «Ацис и Галатея»,  а эта опера произвела большое впечатление на Моцарта, который внёс в неё целый ряд изменений и улучшений (благо, Гендель уже не мог возразить против такого самоуправства).

Краткое содержание оперы: Галатея, одна из многочисленных дочерей морского старца Нерея, любит красивого юношу Ациса, но в неё влюблён и ужасный великан-циклоп Полифем. Сидя на мысе и обозревая море, он играет на флейте любовную песнь. Впоследствии, скитаясь безутешно среди скал, он находит возлюбленную в объятиях соперника. Влюблённым удается скрыться от разъярённого циклопа, но всё же Полифем настигает Ациса и в гневе убивает его, метнув в голову юноши огромный валун. Сокрушённая горем Галатея превращает своего несчастного возлюбленного в прекрасный прозрачный ручей, который отныне будет шептать ей о любви.

Опера «Ацис и Галатея» довольно долго была достаточно популярной в Европе, но со временем – и до сих пор – стала исполняться всё реже и реже, да и то всё больше в виде оратории или пасторали. Но вот появился хорошо известный в нашей стране  хореограф Марк Моррис со своей Танцевальной группой, насчитывающей 18 участников, и со «штаб-квартирой» в Бруклине (Нью-Йорк), который вместе со своей труппой ежегодно гастролирует в Зеллербах-Холл и который успешно поставил в Сан-Францисском Балетном театре несколько балетов. Загоревшись идеей осуществить постановку «Ацис и Галатея», он, используя последний, моцартовский,  вариант  оперы, значительно усилил роль танцевальных  движений и балетных сцен, превратив оперу Генделя в оперу-балет Генделя-Моцарта.

Моррис привлёк к работе также музыкальную жемчужину Района Залива, Филармонический Барочный оркестр и хор, базирующиеся в Сан-Франциско, под руководством выдающегося музыканта Николаса Макгигана, и сильных певцов – актёров: тенора Томаса Кули (Ацис), бас-баритона Дугласа Уильямса (Полифем), тенора Заха Финкельстайна (помощник пастуха Дэймон) и «главную» певицу, сопрано Шеризейд Пансаки (Галатея).

Все танцевальные эпизоды, хореографически достаточно простые, были призваны усиливать эмоциональное воздействие основных событий, разворачивавшихся на сцене. Они могли продемонстрировать согласие с принятыми по ходу действия решениями или высказать своё неприятие. По сути дела, танцевальный коллектив исполнял роль хора в античных произведениях.

Танцевальная группа Марка Морриса

По-видимому, с целью добиться объективности и беспристрастности,  танцевальная группа была задумана как бесполая, и все её участники, мужчины и женщины, были одеты одинаково: в длинных, до земли, юбках и в блузах. Впрочем, блузы, при внимательном рассмотрении, слегка отличались у мужчин и женщин (дизайнером по костюмам  был очень талантливый Исаак Мизрахи). При этом все участники действа на сцене (включая и солистов) были босоногими. Единственное возражение вызвано платьем Галатеи: само по себе оно выглядит совсем неплохо, но совершенно не подходит невысокой и плотного сложения певице. Балетные номера исполнялись то небольшим составом исполнителей, то порой принимали и массовый характер.

Звучание оркестра, как и звучание камерного хора, было чрезвычайно прозрачным, динамичным, исполненным неземной красоты и выразительности, как и положено коллективам из Аркадии. Все драматические коллизии находили компактное и убедительное выражение не только и не столько с помощью настроения оркестра и хора, но и поддержкой балета, а также, в первую очередь, с помощью солистов или их ансамблей.

Нигде и ни разу какая-либо составляющая музыкального искусства не подавляла звучание солистов и их ансамблей.

Лидирующая роль Галатеи досталась сопрано Шеризейд Пансаки, обладающей красивым, хотя, быть может, иногда несколько резковатым голосом, и хорошей вокальной техникой. Родилась и выросла в Индии, музыкальное образование получила в Соединённых Штатах. Завоевала признание не только в США, но и далеко за их пределами, в качестве крупного специалиста в классической музыке.

В её исполнении сочетются любовь к Ацису и целомудренность. Она остаётся верной ему даже после его гибели на Земле.

Исчадием ада предстает перед нами бас-баритон Дуглас Уильямс в роли Полифема. В опере он впервые появляется во втором акте. Мерзкий, уродливый, одноглазый, наглый, чувственный, циничный, свирепый и.. .влюблённый в Галатею. Уильям очень красив, прекрасно исполняет свою роль, у него большой, хорошо поставленный и красивого тембра голос, но ты, наслаждаясь его пением и игрой … не веришь ему. Очень высокого красавца, обладающего прекрасным и очень красивым голосом, невозможно отождествлять с аморальным негодяем.

Шеризейд Пансаки

Тенор Томас Кули, исполнитель партии Ациса, обладает ярким голосом, хорошей вокальной виртуозной техникой и желанием и умением перевоплощаться в исполняемые персонажи. Он очень активен, с удовольствием овладевает новыми партиями и новыми концертными программами, стремясь пополнить свой репертуар разностильными произведениями. Некоторые «верхи» прозвучали в его исполнении несколько напряжённо.

Тенор Зах Финкельстайн исполнял роль пастуха Дэймона.  Он хорошо справился с второстепенной партией помощника пастуха. Ради певческого искусства Зах пять лет назад расстался с деятельностью политического консультанта. Его вокальные и сценические успехи  неоспоримы.

Много людей было занято подготовкой и осуществлением этой постановки, включая сценического дизайнера Адрианну Лобел, но особенно хочется подчеркнуть значение деятельности Марка Морриса, энергия и высокий профессионализм которого помогли создать очень интересный и оригинальный спектакль.

Х. АНАТОЛЬЕВ

 Сан-Франциско

 

Вышла в свет  книга  Х.Анатольева «Пленённый музами  Парнаса», посвящённая  музыкальной жизни Сан-Франциско и Района Залива и содержащая большое количество цветных иллюстраций. Книгу можно приобрести в Сан-Франциско в аптеке на 2300 Sutter St. (тел. 567-3223).

 

 

Золотой век: glazo — LiveJournal

 

Циклоп (Полифем и Галатея). О. Редон (1914?).

Циклоп Полифем полюбил нимфу Галатею, а она же — Асиса (он же: Акид, Ацис). Тогда Полифем оторвал глыбу от вулкана Этна и прибил ею этого Асиса, но Галатея превратила его кровь, струящуюся из под скалы, в речку Ачи.
Как писал в «Метаморфозах» сам Овидий: 
[Ачи — это речка с мелью
Во глубине месссинских руд…]

Сицилия, что скажешь.., там только так. 
И теперь в этих местах у подножья Этны полно всяких Ачи-городочков: Aci Santa Lucia, Acireale, Aci Tereza, Aci Castella, Aci San Felippo, Aci San Antonio, Aci Catena (а чуть южнее начинается целая серия городков Катания – но сразу отметаю: знаменитый комиссар Коррадо Каттани плодотворно бился с мафией совсем на другом, западном, берегу Сицилии — в г.  Трапани).

На эту тему, конечно, потом творились поэмы, балеты, картины, оперы и так далее.
В частности, несколько вариантов оперы «Ацис и Галатея» сделал Гендель, а окончательно её дошлифовал — Моцарт.

Но дело совсем в другом, и даже точнее: в Ф. М. Достоевском.

Его очень притягивала картина Клода Лорена «Асис и Галатея» (1857):
 


[другие участники: рядом с парой – Купидон, на берегу несколько нимф, справа на уступе под деревом – Полифем].

И трижды (!) схожими словами он писал о ней:
в «Бесах» («Исповедь Ставрогина» – У Тихона), в «Подростке» (Версилов говорит о первых днях европейского человечества) и в «Дневнике писателя» за 1877 г. («Сон смешного человека»).

Мне приснился совершенно неожиданный для меня сон, потому что я никогда не видал в этом роде. В Дрездене, в галерее, существует картина Клод Лоррена, по каталогу, кажется „Асис и Галатея“, я же называл ее всегда „Золотым веком“, сам не знаю почему…

О, тут жили прекрасные люди! Они вставали и засыпали счастливые и невинные; луга и рощи наполнялись их песнями и веселыми криками; великий избыток непочатых сил уходил в любовь и в простодушную радость. Солнце обливало их теплом и светом, радуясь на своих прекрасных детей... Чудный сон, высокое заблуждение человечества!..

Птички стадами перелетали в воздухе и, не боясь меня, садились мне на плечи и на руки и радостно били меня своими милыми, трепетными крылышками. И наконец, я увидел и узнал людей счастливой земли этой…

Золотой Век увидел в ней Фёдор Михайлович со своими героями, а не сицилийскую мрачную историю.

Книга Ацис и Галатея, глава Ацис и Галатея, страница 1 читать онлайн

Ацис и Галатея

В сочной зелени округа

Фруктов полные сады,

Словно милая подруга

Манят спелые следы.

Море плещется игриво

Крики чаек над волной.

Солнца луч ласкает нежно

Знатно место – рай земной.

Изо дня в день неизменно,

Стоит только захотеть

Деву можно в море пенном

Сказочной красы узреть.

Следом волны рассекая

Выплывают из воды,

Дщери то царя Нерея

Неописуемой красы.

Но прекрасней всех одна

 Галатея среди них.

И гигантская волна

 Перед ней ложится ниц.

Шторм взыграется ль на море,

Галатея среди волн.

Море пыл свой усмиряет,

Издавая громкий стон.

На брегу в горе высокой

Есть пещера али грот,

И в пещере той глубокой

Жил чудовище Циклоп.

Он своих овец отары

Пас в долине у реки,

Хоть по возрасту не старый

Опирался на клюку.

Дождь с грозою или ливень

Он с отарой у горы,

Иль кирку возьмёт, что бивень

Скалы рушит на куски

Без излишних он забот

До сего дня жизнь провёл,

И на дуде, словно хобот,

Он, играя, песнь завёл.

И возможно, что всё также

Жизнь отшельника текла.

Не случись ему однажды

Лицезреть чудны дела.

С кручи, на море, высокой

Глазом он одним смотрел

И шумит игриво море

Ветром ласковым гоним.

Трость, на камни отложив,

Свою дудку достаёт

Песнь нудную заводит,

Будто смерть сама идёт.

Голос только зазвучит

Затихает всё вокруг.

Даже ветер не шумит

Звери прячутся в нору.

Волны моря расступились

Пред волшебною красой,

Нежно ног её коснулись

Увлекая за собой.

В свой единственный глазище

Онемевши смотрит он.

Полифем хоть и чудище

Вмиг почувствовал: влюблён.

Испугался, что виденье

Вмиг исчезнет будто сон

Галатея ж без стесненья

 Развлекается средь волн.

Как бы мне Циклопа рожу

 На бумаге передать.

Образ весь обезображен

Глаз один посредь лица.

Шерстью волосы свалялись

Воду видя только в дождь.

Средь зверья найдёшь едва ли

 На кого бы был похож.

Но туда ж, на Галатею

С вожделением он зрит

И к себе, в свою пещеру

Не напрасно он спешит.

 

Причесать свои он космы

Попытался пятернёй,

Не распутать эти лохмы

Хоть ложись и волком вой.

Пряди с конем выдирает

Расцарапал рожу всю

Коль рассудка не хватает

Попадаешь в западню.

Из-за дальнего угла

Острый серп он достаёт.

Всю растительность лица

Он срезает остриём.

«Погляди, каков красавец!»-

Глянул в лужу на себя.

Что бездушный он, глупец

Не додумался, а зря.

 

Что у девы Галатеи

Есть свой суженый, не знал

Разве дочь царя Нерея

Полюбила б горбуна?

Волны пенные на берег

Набегают сколь веков

Добежать до скал стараясь

Катят гальку на песке.

Под скалою величавой

Ацис суженую ждёт.

Только волны в шапке пенной

Перед взором у него.

С добрым утром, дорогая,

С добрым, ласковый мой свет,

Подплывает Галатея

И приветствует в ответ.

Новый день и снова вместе

Крепнут чувства у двоих.

Задушевные беседы

Крепче связывают их.

По вдоль берега гуляют

Взявшись за руки они.

Полифем зло наблюдает

Зависть гложет из груди.

Вновь с отарой он приходит

На привычную скалу.

Ацис деву обнимает

Смех доносится к нему.

Вот Циклоп заозирался

Знать не кончится добром.

С трах в возлюбленных закрался

Сердце ходит ходуном.

Деву волны подхватили

Пенной шапкою накрыв.

Никому не удавалось

Избежать своей судьбы.

Отколов скалу от глыбы

Полифем столкнул с горы.

Довершила зло улыбка

Полифема на ветру.

Раздавило насмерть парня

Той скалою у горы,

На две части раскололась,

Но явилось чудо:зри!

Где скала его убила

Зажурчала вдруг вода.

Обессмертила навеки

Это чудо, красота.

И вода стремглав пустилась

К морю, что шумит у ног.

Пара вновь соединилась

Вот и сказ, и эпилог.

Ацис и Галатея (балеты) — Википедия. Что такое Ацис и Галатея (балеты)

А́цис и Галате́я – балеты на мифологический сюжет из поэмы Овидия «Метаморфозы».

Сюжет

Сюжет балета основан на античном мифе о несчастной любви Галатеи и Ациса (иногда латинизированное имя передаётся как Атис, в греческом варианте Акид). Сценаристы использовали сюжет из поэмы Овидия «Метаморфозы». Сама по себе эта латинская поэма является результатом многовекового развития мифологической традиции в античной литературе. Поэма является сборником мифических любовных историй, приводящих к превращению кого-то из героев, то есть метаморфозе. Морская нимфа, нереида Галатея и Ацис, сын Фавна и речной нимфы, испытывают взаимное чувство. На беду в Галатею влюбляется циклоп Полифем, существо ужасное и мощное. Он бросает в Ациса скалу, которая его раздавила. Морской бог Нептун, отец Галатеи, по её просьбе превращает кровь Ациса, текущую из-под скалы, в реку, у вод которой нимфа ищет утешения.

Сюжет пользовался большой популярностью. Он представлен на многих живописных полотнах, послужил основой для опер Марка-Антуана Шарпантье, Жан-Батиста Люлли и Георга Фридриха Генделя.

Постановки Гильфердинга

Балетмейстер Ф. Гильфердинг поставил пантомимный балет на музыку И. Хольцбауэра в 1753 году в Вене.

Он повторил свою постановку в Петербурге в Зимнем дворце. Композитором и дирижёром был И. Старцер, сценарий П. Гранже. По одним источникам спектакль был 6 февраля 1764 года. Балет исполняли придворные: Гимен - великий князь Павел Петрович, Ацис – принц Курляндский, Галатея - графиня Е. Сиверсова, Полифем - князь Борятинский. Амур - С. А. Олсуфьев[1], пастухи и пастушки танцующие - фрейлина княжна М. Хованская, графиня Е. Бутурлина, фрейлины Хитрово, Дараганова, князь И. Несвицкий, шталмейстер Л. Нарышкин, г-н Цоллер. Пастух поющий - шталмейстер Нарышкин. Пастушка поющая - фрейлина Дараганова.

Постановка Новерра

Ж. Ж. Новер поставил в 1772 году в Вене балет в 3 актах на музыку композитора Ф. Аспельмайра.

Постановки Дидло

Шарль Дидло впервые поставил пасторальный балет в 1 акте в Лондоне 15 июня 1797 года на музыку композитора Босси.

После возвращения в Россию он поставил анакреонтический балет в 2 актах на музыку композитора К. А. Кавоса 30 августа 1816 года на сцене Большого театра в Петербурге. Спектакль оформили художники Д. А. Корсини и Кондратьев. Партии исполняли Галатея – А. И. Истомина, Ацис – А. С. Новицкая, Полифем – Огюст, Амур – В. А. Зубова, Венера - М. Н. Иконина, Аполлон - Я. Люстих, Флора – Н. Никитина. Аспазия – А. А. Лихутина.

Постановка Иванова

Одноактный балет в Мариинском театре был поставлен 21 января 1896 года балетмейстером Львом Ивановым на музыку дирижёра театра, чеха по национальности, Андрея Кадлеца, по сценарию В. И. Лангаммера. Спектакль оформили художники В. Перминов, Е. П. Пономарев, дирижировал Р. Е. Дриго. Партии исполняли Полифем – Н. С. Аистов, Галатея – Л. А. Рославлева, Ацис – С. Г. Легат. Гименей – О. И. Преображенская, Амур – В. А Трефилова.

Постановка Фокина

Хореографический дебют балетмейстера состоялся 20 апреля 1905 года на сцене Мариинского театра. Спектакль ставился на ту же музыку Кадлеца и тот же сценарий, что и балет Иванова, но был принципиально новым по хореографии. Это был экзаменационный спектакль Петербургского театрального училища, в котором М. М. Фокин вёл женский класс.

Впервые взявшись за постановку, М. М. Фокин решил реализовать в ней новые хореографические идеи. В частности он думал о приближении танцев и пластики к античным прототипам. В этой связи он серьёзно работал в Публичной библиотеке. Заведующий художественным отделом библиотеки, известный критик В. В. Стасов, заинтересовался читателем с необычными запросами и познакомился с Фокиным, узнав о его замыслах, он посоветовал молодому балетмейстеру многие редкие издания. Однако администрация училища, узнав о необычности постановки, запретила Фокину излишние новации. Мотив этого запрета был очевиден – учащиеся должны на экзамене показать то, чему их учили, то есть классический балетный танец. Фокин был вынужден подчиниться этому очевидному аргументу.

Однако некоторые новшества всё-таки были реализованы. Были приближены к античным образцам костюмы актёров. Фокин решительно отказался от свойственных классическому балету симметричных построений, он также стремился расположить актёров в нескольких уровнях, используя сидящие и лежащие на полу позы. Ограниченно и осторожно были введены некоторые новшества в мимическую игру, жестикуляцию. Однако в целом балет смотрелся как вполне продолжающий классические традиции.

В балете приняли участие ученицы из класса М. Фокина, мужские партии исполняли ученики Михаила Обухова: Галатея – М. Н. Горшкова, Ацис – Ф. В. Лопухов, Полифем – А. А. Облаков, Гименей – Е. А. Смирнова. Амур – Л. В. Лопухова.

Литература

Г.Н. Добровольская Ацис и Галатея в книге Балет: энциклопедия. / Гл. ред. Ю. Н. Григорович.- М.: Советская энциклопедия, 1981.- 623 стр. с илл.

Ю. А. Бахрушин. История русского балета. — Л.- М.: Советская Россия, 1965. — 249 с.

В. М. Красовская. Русский балетный театр начала XX века. — М., 1971-1972.

Михаил Фокин. «Против течения» = Сценарии и замыслы балетов. Статьи, интервью и письма / Ю.И.Слонимский, Г.Н.Добровольская, П.С.Линде, А.Г.Мовшенсон, Н.П.Ренэ-Рославлева, Г.В.Томсон. — переводы: Л.А.Линькова, Ю.А.Добровольская, В.М.Павлоцкий. — Петербург: "Искусство", 1981. — Т. 2-е издание. — 510 с. — 30 000 экз.

Примечания