Генсбур шарлотта интервью – Шарлотта Генсбур о своей новой жизни в Америке, материнской вере и бабушкиных пирожках, HELLO! Russia

Содержание

Интервью с Шарлоттой Генсбур - Афиша Daily

На прошлой неделе в Россию с концертами приезжала Шарлотта Генсбур. Все билеты на ее выступления были проданы. По случаю концерта «Афиша Daily» задала свои вопросы певице в эфире радиостанции «Культура» об альбоме «Rest», книге, жизни в Нью-Йорке и жизни в турне.

— Что лучшее и что худшее в гастрольной жизни?

— Лучшее — я нашла отличную команду. Это впервые так. То есть у меня был замечательный опыт и раньше. Может, потому что группа росла вместе со мной: сперва был один человек, потом еще и еще. И вот это впечатление, когда ты являешься частью рабочего процесса, участвуешь в творчестве. И мы так хорошо поладили. Это лучшее… А худшее — то, что мы путешествуем, в автобусе, впятнадцатером (смеется). Это весело, но я единственная женщина.

— Альбом «Rest» — очень личный альбом, и первый, для которого вы написали большую часть песен. Что было отправнной точкой для его написания?

— Когда я закончила предыдущий тур с Коннаном Мокасином (новозеландский продюсер и сонграйтер. — 

Прим. ред.), он сказал, что пойдет со мной куда угодно, лишь бы я попробовала: «Я не понимаю французский, не понимаю того, что ты поешь, но попробуй». Он терпеливо работал со мной, сочинял мелодии. Я пыталась сочинять тексты. Это был долгий путь. Я всегда хотела писать, я всегда пыталась — без особого успеха. И вот впервые у меня было несколько песен, которые мне понравились, и вот это было отправной точкой. То есть у нас не было намерения написать альбом, было просто несколько песен. А потом я услышала SebastiAn (французского продюсера и музыканта, продюсера альбома «Rest» — Прим. ред.). Мне хотелось записать альбом с электронным звуком.

— Как у вас устроен сочинительский процесс?

— У меня нет методов. Вот почему я нервничаю из‑за этого: мне хочется все сделать быстро, а сочинение песен занимает так много времени. У меня нет каких‑то особых инструментов. С каждой песней все происходит по-разному. В 2013 году моя сестра (Кейт Барри. — Прим. ред.) умерла. Это было шоком для меня. Я решила покинуть Францию. Я перебралась на какое‑то время в Нью-Йорк, там я могла писать, находясь в определенной изоляции. И весь альбом посвящен ей [сестре].

Главная и самая известная песня Генсбур на альбоме с изящным клипом в духе «любви все возрасты покорны»

— Вы говорили, что нервничаете при создании песен. А приходилось ли вам прибегать к самоцензуре в эти моменты?

— На альбоме я говорю об очень личных, интимных вещах. Но это единственный способ что‑то сделать. Моя жизнь приоткрыта для людей, так что я не смущаюсь, что заставила кого‑то чувствовать себя некомфортно. Я не раскрывала никаких секретов, я просто была очень честной. Эта идея честности, откровенности важная для меня, потому что иногда мне кажется, что это единственное, что я могу сделать.

— Как сочетаются ваша актерская и музыкальная карьера?

— Между ними нет связи, что довольно странно. Потому что ты снимаешь клипы, делаешь визуальное оформление к альбомам, а параллельно снимаешься в фильмах… Люди в этих индустриях не связаны друг с другом. И мне это нравится: я могу переходить из одного мира в другой, и, скажем, в музыкальном мире, меня знают с одной стороны, а в кинематографическом — с другой. Это восхитительно иметь два разделенных мира.

—А есть еще и третий мир. Вы собираетесь выпустить книгу в этом году.

— Она уже вышла во Франции. Это скорее не книга, а такой альбом. Смотрите. Сперва я выпустила альбом. Это был первый шаг. Потом, с помощью моих друзей, я решила выпустить видео. Это был следующий шаг. Одна из подруг увидела, что я рисую и фотографирую. И она сказала: «Было бы классно сделать книгу». Я была заинтересована этом. Но я в итоге отдала все мои работы, и их уже публиковали без меня, я не хотела этого ощущения, что я делаю книгу. Это было бы для меня слишком претенциозно.

— Но вам нравится результат?

— Да. Это такое другое лицо альбома. Это все, что я делала во время его создания. Это автопортреты, Нью-Йорк… Это такое саморазоблачение.

Это видео дает определенное представление о том, как звучит вживую Генсбур. Грандиозно звучит.

— Вы упоминали уже Нью-Йорк. Каково стать его жительницей?

— Я ей себя не чувствовала. Мне нравилось быть иностранкой. Я окружена иностранцами. Это город, где тебя привечают, но… Мне кажется, пять лет спустя я поняла, откуда я родом и как я скучаю по Европе. Так что я вернусь. Не знаю когда, но вернусь. Что мне нравится в Нью-Йорке — я все еще открываю для себя что‑то новое. Очевидно делать творческие вещи здесь, потому что каждый здесь творец. Здесь все менее серьезно. Если бы я выпустила книгу во Франции, то ощущала бы давление на себе. А в Нью-Йорке я этого не чувствую, потому что никто меня не знает.

Подробности по теме

Шарлотта Генсбур — про «Обещание на рассвете», переезд в Нью-Йорк и свои концерты

Шарлотта Генсбур — про «Обещание на рассвете», переезд в Нью-Йорк и свои концерты Максимально образно о конкретном — в инстаграме «Афиши Daily».

Шарлотта Генсбур навсегда — Блоги — Эхо Москвы, 21.07.2018

Шарлотта Генсбур родилась 21 июля 1971 года в Лондоне, в семье шансонье, режиссёра и актёра Сержа Генсбур и актрисы и певицы Джейн Биркин. Обладательница множества кинонаград, актриса в 2001 году была членом жюри Каннского кинофестиваля и в 2012 году членом жюри 62-го Берлинского международного кинофестиваля.

2956544

Все родственники Шарлотты имеют отношение к искусству и кинематографу. Помимо знаменитых отца и матери — ее сёстры тоже актрисы.

Бабушка Шарлотты — английская актриса Джуди Кэмпбелл была музой английского драматурга Ноэля Коуарда. Её дядя – сценарист и режиссер Эндрю Биркин.

Буквально на днях, в середине июля , кинематографической сообщество потрясла новость:

Экземпляр сценария всемирноизвестного режиссера Стенли Кубрика, написанного по новелле австрийского писателя С. Цвейга « Жгучая тайна» и считавшийся 60 лет пропавшим. Сценарий случайно обнаружили в одном из университетов Уэльса.

В 80-х годах дядя Шарлотты — режиссер Эндрю Биркин подхватил идею Кубрика и снял одноименный фильм по пьесе «Жгучая тайна».

Именно после съемок в 1990 году в скандальном фильме её дяди Эндрю Биркина — «Цементный сад», к Шарлотте пришел международный успех.

В 13 лет Шарлотта сыграла дочь героини Катрин Денёв в фильме «Слова и музыка». Уже в 15 лет Шарлотта получает свой первый «Сезар» (высшая награда французского кинематографа) за роль в фильме «Дерзкая девчонка». Всего у актрисы два «Сезара» и пять номинаций. В 1986 году она снялась в картине отца — «Шарлотта навсегда». Серж Генсбур также снялся в главной роли и посвятил фильм своей дочери.

В 90-х годах она начинает активно сниматься у различных режиссеров. В 1994 Шарлотта вместе со знаменитыми французским актерами, такими как Кароль Буке, Филип Нуаре, Кристиан Клавье, снимается в фильме Мишеля Блана «Коварство славы». Фильм примечателен тем, что все актеры в картине играют самих себя. Фильм получил Золотую пальмовую ветвь на Каннском кинофестиваля за лучший сценарий.

В 1996 году году Шарлотта сыграла у мэтра мирового кинематографа Франко Дзеффирелли в киноверсии романа Шарлотты Бронте «Джен Эйр».

Настоящий прорыв в её карьере произошел, когда актриса начала сотрудничать с датским режиссером и сценаристом Ларсом фон Триерером.

«Когда вы смотрите на Шарлотту, вам кажется, что перед вами тихий омут. Но знайте — под его поверхностью скрывается ураган из противоречий», — так сказала о свое дочери Джейн Биркин. Ларс фон Триер, судя по всему, полностью согласен со словами Биркин: на протяжением нескольких лет он предлагал абсолютно провокационные роли Шарлотте.

В 2009 году она снимается в его фильме «Антихрист» и получает Золотую пальмовую ветвь Каннского кинофестиваля, как лучшая актриса.

Ларс фон Триер посвятил «Антихриста» своему любимому режиссеру Андрею Тарковскому и перед началом съемок Уиллом Дефо и Шарлотта Генсбур посмотрели «Зеркало» Тарковского. Также Генсбур посмотрела «Ночного портье», актриса внимательно изучала характер героини Шарлотты Рэмплинг.

«Антихрист» — первый фильм «трилогии депрессии», также включающей фильмы «Меланхолия» (2011), «Нимфоманка: Часть 1» и «Нимфоманка: Часть 2» (2013). Во всей трилогии снялась Шарлотта.


(+18)

Шарлотта продолжает, достаточно успешно сниматься: в 2017 году на экраны вышел триллер «Снеговик», собравший хорошую кассу и фильм «Обещание на рассвете», получивший несколько номинации премии «Сезар».

Шарлотта Генсбур время от времени выступает в качестве певицы: её вокальным дебютом стал дуэт с отцом в песне Lemon Incest. Скандальный видеоклип на песню стал хитом во Франции в середине 80-х годов. Генсбур несколько раз записывала песни для фильмов в которых снималась. Так, её можно услышать в картинах «Шарлотта навсегда», «Любовь etc.», «Один уходит — другой остается». Кроме того, актриса выпустила несколько сольных альбомов. В 2017 года выпустила альбом «Rest», посвященный теме семьи и отца и сестры. «Кино — это всегда чуть больше, чем просто работа. А музыка — это вообще отдельная жизнь», — выразилась актриса.

Дочь знаменитого отца, скандальный клип и стыд. Факты об актрисе Шарлотте Генсубр

В минувшие выходные одной из самых известных французских актрис своего поколения исполнилось 47 лет. Дочь знаменитого отца и не менее знаменитой матери опровергла расхожее мнение о том, что природа отдыхает на детях знаменитых родителей. Шарлотта Генсбур — обладательница приза за лучшую женскую роль Каннского кинофестиваля, лауреат премии «Сезар». Снималась у Ларса фон Триера, Мишеля Гондри, Алехандро Гонсалеса Иньярриту, Франко Дзеффирелли и других мэтров кино. Редакция LADY.TUT.BY предлагает вспомнить яркие факты из биографии актрисы.

Нервная и худая. Дочка папы

Такой она была всегда. С детства Шарлотта не любит смотреться в зеркало. Ее отец, Серж Генсбур, тоже ненавидел зеркала, говорил, что его отражение напоминает ему рептилию.

Она дочь того, кто из самой жизни, каждого ее момента делал непрерывное шоу (и это интернета у него еще не было). Шарлотта всегда была на передней линии — для привлечения внимания публики. Совместный с отцом клип «Лимонный инцест» и фильм Генсбура «Шарлотта навсегда» расценивали весьма неоднозначно. К счастью, Шарлотта училась в частной, закрытой от мира школе Швейцарии, и все громкие споры об этичности и допустимости прошли мимо нее: валяние в постели с отцом — любовь отца и дочери, каждый зритель понимал это как умел, чего и добивался Серж Генсбур, явный любитель хайпануть.

Ей было 19, когда он внезапно умер.

«Я до сих пор не пережила этот шок. Не смирилась с тем, что его нет», — рассказывает Шарлотта в одном из интервью.

Стеснительность и стыд

Ее отец боролся со своей стеснительностью весьма радикально — обнажаясь. Шарлотта уверена — его жесты были акциями свободного художника.

«Отец всегда будто испытывал границы возможного, границы терпения мира, но главное — границы собственной смелости, границы того, на что способен он сам. И в этом, я думаю, я похожа на него».

Шарлотта говорит, что она — стеснительная, если имеется в виду природное свойство.

А вот от стыда ее отучили родители еще в детстве. Ведь стыдно — это когда человек поступает подло по отношению к другим людям.

Свобода и нагота

«Свобода родителей не сделала меня свободнее, чем другие. Для меня долго было ужасом раздеться прилюдно, не говоря уж об экране. Я была страшно закомплексована. Хотя уже тогда я смутно осознавала, что в живописи, в фотографии обнаженная натура трогает, потому что отсутствие покровов, незащищенность действительно трогательны».

Шарлотта призналась в интервью, что раньше ее тело ей не нравилось — она в нем просто не жила.

«Просто надо принять себя. Принять, что ты вот такой. Второй этап — о себе как будто забыть. Не придавать такого чрезмерного значения физическому».

Шарлотта живет с гражданским мужем, режиссером и актером Иваном Атталем 17 лет. Но «узаконить отношения» не стремится, хотя Иван предлагал ей и руку, и сердце, и официальный статус жены.

«У меня всегда было это чувство — чуть тронь, и все развалится. Это как в скайпе — измени статус — и изменятся обстоятельства твоего присутствия в системе. Измени мы наш статус — изменим дальнейшую судьбу».

Она не хочет, чтобы ее дети (а их трое) стали актерами с детства, как она сама.

«У человека, даже маленького, должна быть зона свободы, потому что свобода воспитывает, как никакой взрослый. Я вот хотела бы брать детей с собой на съемки, быть с ними таким образом больше. Но у них есть школа, друзья, собственная жизнь. Я уже не имею права отрывать их от нее».

Возраст и внешность

Шарлотта — хрупкая женщина-подросток, которая вряд ли когда-либо превратится в «тетку».

«Я нахожу свой переходный возраст ужасным: еще не старуха, но уже не девочка. Я думала, что 40 лет — это хуже всего, вершина ужаса. Но никакой вершины не было, я зря готовилась. Раньше я считала, что от наступления старости страдают только красавицы и красавцы, но даже люди с такой банальной внешностью, как у меня, страдают! Я слишком долго была юной. У меня сложилось ощущение, что я перепрыгну из инфантильного состояния сразу в статус уважаемой старушки, без необходимости быть зрелой женщиной».

Она признается, что не против начать корректировки внешности. В то же время восхищается матерью, Джейн Биркин, которая рассталась с юностью и ничего не исправляет в себе.

Страх как движение вперед

Накануне съемок в ленте «Антихрист» Ларса фон Триера Шарлотта получила травму головы. Понадобилась операция из-за внутреннего кровотечения. В аппарате, где сканировали мозг, Шарлотта услышала ритм — жужжание с паузами. И от страха перед операцией стала усиленно думать о музыке.

Она ее запишет в альбом под названием «МРТ».

«То, что было травмой, физической или душевной, должно заполняться чем-то созданным нами. Если не заполнять, останется пробоина».

Про совпадения и судьбу

В начале актерской карьеры Шарлотта Генсбур четыре раза сыграла в фильмах, где героинь тоже звали Шарлоттами: «Слова и музыка», «Дерзкая девчонка», «Шарлотта навсегда». А в фильме «Коварство славы» она играла актрису по имени Шарлотта Генсбур.

Шарлотта — лицо рекламной кампании лимитированной коллекции дамских сумок. Цель ее выпуска и продаж — сбор средств для благотворительной организации, борющейся с заболеваниями груди.

«Я в таких случаях почему-то уверена: если я не возьму денег, я что-то выторгую у судьбы для любимых».

Шарлотта навсегда: судьбы женщин семьи Генсбур

«С возрастом я все больше замечаю сходство не с мамой, а с отцом. Я такой Серж Генсбур в юбке», — говорит Шарлотта Генсбур, унаследовавшая от знаменитых родителей не только внешность и таланты, но и непростую судьбу. InStyle о том, как сложились жизни главных женщин Сержа Генсбура — Джейн Биркин и двух дочерей, приемной и родной.

Джейн Биркин

«Я не думаю о том, что Генсбура давно уже нет, когда пою его песни, потому что обязательно расплачусь. Но я не могу себе это позволить, это позор», — говорит Джейн Биркин. Они были вместе 11 лет, c 1969 по 1980-й, но общались и были близки до самой смерти Генсбура. «Он позвонил мне и сообщил, что купил мне большой бриллиант — вместо того, который я в свое время потеряла. Я сказала: «Серж, прекращай уже пить». Это было 1 марта. На следующий день его не стало». 

«Высокомерный отвратительный Серж Бургиньоне» (так назвала Сержа Джейн, не знавшая ни слова по-французски, после их первой встречи на съемочной площадке фильма «Слоган») стал для нее главным мужчиной. Ни ранний брак с Джоном Барри (отцом первой дочери, Кейт Барри), ни длительные отношения с Жаком Дуайоном (от которых родилась третья дочь Лу) не повлияли на Джейн Биркин так сильно. «Лу раздражает, когда я говорю, что меня сделал Серж. Я понимаю, что именно ее раздражает, — признание моей несамостоятельности на фоне и самой Лу, и Кейт, и Шарлотты, многого добившихся самостоятельно». 

Последнее десятилетие стало для Биркин серьезным испытанием. Смерть Кейт в 2013-м, рак, отнявший полтора года борьбы, — все это было очень тяжело. Впрочем, в 2017-м Биркин вернулась в строй: выпустила альбом Birkin /Gainsbourg — Le Symphonique, версии песен Генсбура, записанные с симфоническим оркестром, и спела эту программу живьем на разных площадках. «Это ее возвращение на ринг после нескольких лет, отмеченных трауром и болезнью. «Я никогда не пойду на дно. Я очень оптимистичный человек», — говорит Биркин своим неподражаемым голосом», — писал восхищенно журналист испанской El Pais по итогам беседы с Джейн.

Кейт Барри 

Старшая из дочерей Джейн Биркин родилась в Лондоне. Ее отец — композитор Джон Барри, автор музыки к первым фильмам бондианы. Брак Биркин и Барри был недолгим, в 1968-м они расстались. Кейт на тот момент был всего год. Она с мамой перебралась в Париж, где вскоре Джейн начала отношения с Сержем Генсбуром, усыновившим Кейт. Своего отца Биркин-младшая впервые увидела в 13-летнем возрасте, после ухода матери от Генсбура. «Познакомившись с ним, я нашла часть себя», — говорила она потом. «У меня есть отец, Джон Барри, и есть любовь, Серж Генсбур, у них много общего. Но если один боролся с тоской, второй позволял тоске взять себя полностью». 

Справившись с наркозависимостью, которая отняла у нее несколько лет в юности, Кейт сделала прекрасную карьеру фотографа, сотрудничая как с глянцем, так и с престижными газетами, работая с брендами Dior и La Redoute. «Фотоаппарат — моя защита от вечной меланхолии», — признавалась Барри. Она также была инициатором запуска двух центров помощи страдающим от зависимостей, и регулярно появлялась там сама, чтобы пообщаться с пациентами и поддержать их. 

В конце сентября 2013 года в парижской Galerie Cinema заработала персональная выставка Барри. Выставка закрылась 20 ноября, а через три недели Кейт не стало — она выпала из окна своей квартиры в 16-м округе. Ей было 46 лет. Причины случившегося неизвестны до сих пор. Кейт была очень близка с матерью и сводными сестрами, и для них ее смерть стала огромным потрясением. «Уход сестры настолько расстроил мое существование, что я уже не знаю, что может напугать меня больше. И я больше не боюсь смерти», — признавалась Шарлотта Генсбур. 

У Кейт остался сын Роман де Кермадек, которого она родила в 20 лет. Роман, попавший в объектив СМИ на похоронах матери, избегает публичности. У него есть аккаунт в Instagram, фотографий там мало, зато одна из них, сделанная полтора года назад, указывает на то, что он стал отцом. Это значит, что Джейн Биркин теперь прабабушка. 

Шарлотта Генсбур 

Самый известный представитель второго поколения семьи Биркин-Генсбур, Шарлотта была очень привязана к отцу. Неудивительно, что на протяжении многих лет она отказывалась говорить о нем с журналистами. «Я до сих пор не оправилась от шока», — говорила Генсбур в интервью, признаваясь, что в доме отца по-прежнему все так, как было при нем. 

В кино и музыку Шарлотту тоже затащил отец, и если актерство она не оставила после его смерти, то с музыкой все было сложней, между дебютной пластинкой, вышедшей в 1986-м, и второй прошло двадцать лет. Сегодня Шарлотта — певица, актриса, лицо рекламных кампаний, один из символов Франции (впрочем, у каждого этот символ свой). Она отчаянно боится стареть, в чем публично признается, она застенчива на сцене, но предельно откровенна на съемочной площадке. 

Пережив серьезные проблемы со здоровьем, гибель старшей сестры, Шарлотта реализует себя в семье (у нее трое детей) и творчестве. «Кино всегда чуть больше, чем просто работа. А музыка — это вообще отдельная жизнь», — говорит она.

В ноябре 2017-го Генсбур выпустила свой пятый и самый личный альбом Rest, в котором есть песни, посвященные и отцу (Lying With You), и Кейт (Kate). А видео на Lying With You сняла сама — как режиссер — в отцовском доме на рю де Верней, впервые показав миру место, где жил и умер Серж.

Источник фотографий: Getty

Кожа, кружево и вода: Шарлотта Генсбур в новом номере Interview

Фотосессии
Вероника Губина 10006

Шарлотта Генсбур в съемке для сентябрьского Interview

Шарлотта Генсбур - одна из трех героинь сентябрьской обложки немецкого Interview и one-and-only - на заглавной странице русскоязычной версии журнала. Для нового номера актрису запечатлел фотодуэт Дриу и Тьяго, а ответственной за стилизацию выступила Карен Кайзер, словно интерпретировавшая сюжет "Бассейна" Франсуа Озона.

Участница "сексистского заговора" демонстрирует в кадре накинутые на полуобнаженное тело манто, прозрачные боди, бондажи и кружевное белье в сочетании с кожаными ботфортами. (В тех же параметрах выполнена и съемка другой cover-героини сентябрьского номера - Эмили Дидонато - но это уже совсем другая история).

А Шарлотта тем временем не только позирует у бассейна, но и откровенничает в интервью о своих работах в кино, провокации в искусстве и чувстве сдержанности в реальной жизни.

Я все время играю. Я слышу себя со стороны, разговаривающую с вами, и это уже игра. Я ненавижу это в себе. Вместе с тем мне все время приходится бороться с вежливостью, потому что я нахожу, что она не дает нам быть теми, кто мы есть на самом деле.

Об этом и не только - в свежем номере Interview.


Шарлотта Генсбур в съемке для сентябрьского Interview

Фото Interview

«Обещание на рассвете»: интервью с Шарлоттой Генсбур

Сегодня в рамках фестиваля «Бесценные города в кино» состоится российская премьера фильма «Обещание на рассвете» (в прокате с 28 февраля) — экранизация романа Ромена Гари, с Шарлоттой Генсбур и Пьером Нине в главных ролях. «Афиша Daily» отправилась на встречу с актрисой, чтобы обсудить ее новый фильм, музыкальную карьеру и самокритику.

— Я очень удивилась, когда узнала, что вы переехали в Нью-Йорк! Ведь когда говоришь «Генсбур», думаешь о Франции, а не об Америке.

— А я и не могу сказать, что переехала с концами! Но я так привязалась к Нью-Йорку. Мне нравится его познавать. Люди часто меня спрашивают: «Когда же ты вернешься?!» Как будто бы невозможно себе представить, что Шарлотта Генсбур живет не в Париже. Даже мои знакомые и родные не могли поверить в то, что я уезжаю. Они до сих пор не считают, что это мой город, и ведут себя так, будто бы этого переезда и вовсе не случилось!

— Вот и в «Обещании на рассвете» вы играете иммигранта — Мину Овчинскую, маму Ромена Гари, и сейчас в жизни вы иммигрант.

— Вы правы, эта связь есть! Но я была в привилегированной позиции, мой путь иммиграции был прост. Так что тут я не могу сказать, что наши пути с героиней похожи. Но в чем мы сошлись, так это в том, что моя семья прошла ровно через тот же путь, что и герои фильма «Обещании на рассвете», — да, в другом году, да, может быть, обстоятельства не полностью сходятся, но они переехали в 1917 году. И у моей семьи, и у героев фильма есть эта идеалистическая любовь к Франции, как если бы это было одно-единственное место на земле, где они хотели бы быть. Так что эта страсть к французской культуре, этот акцент, эта культура, которую они оставляли позади, были мне так близки.

Моя героиня — очень сильная женщина, которая напомнила мне мою бабушку. Я не знала своего дедушкуИосиф Гинзбург — пианист и композитор, окончил Санкт-Петербургскую консерваторию, умер в 1971 году.: он умер в тот год, когда я родилась. Все, что я знала о нем, так это то, что был прекрасным человеком, а вот бабушкаОльга Бесман — певица из Санкт-Петербурга, после Октябрьской революции эмигрировала во Францию. — она была наша русская мама, которая идеализировала своего сына: у нее был сын и двое дочерей, но дочери были ей побоку. Она боготворила сына. Эта страсть к сыну показалось мне до ироничного знакомой. Персонажи в «Обещании на рассвете» порядком меня развеселили: все было так знакомо! Ведь даже взять то, как я курю в фильме: это я копировала отца. И это так странно, потому что, когда Эрик (Барбье — режиссер фильма. — Прим. ред.) пришел на встречу со мной, он думал, что этот персонаж имеет со мной мало общего и чуть ли не моя противоположность, но это не так.

Кадр из «Обещания на рассвете»

— Расскажите, где снимали фильм? Во Франции?

— Нет, мы начали в Будапеште и там снимали месяц. Это было прекрасно, для меня теперь Будапешт и «Обещание на рассвете» — это синонимы! Там, как ни странно, даже пахнет прошлым — очень романтичный город. Чтобы снять Ниццу тех времен, мы отправились в Италию: сегодня Ницца уже не та, что была раньше. Для съемок сцен в Африке мы отправились в Марокко, а еще снимали в Бельгии, чтобы снять сцены войны.

Конечно, актерская работа прекрасна для познавания мира. Особенно по сравнению с музыкальным туром, где мы работаем в одном городе одну ночь, отрабатываем концерт, садимся в автобус и едем в следующий город, когда все уже пьяны! И вот ты уже просыпаешься в другом городе, идешь на саундчек, ты ничего не видишь — только своих зрителей. А на съемках у тебя есть выходные, для того чтобы узнать город, в котором снимаешься. Ты уже не просто турист — ты встречаешь людей, которые живут давно и многое могут рассказать.

— У вас же на носу тур по Америке?

— Да! И я, возможно, впервые приеду с концертами в Россию! До этого, конечно, я была в России, но это было больше двадцати лет назад — в последний мой приезд вашим президентом был все еще Горбачев! Так что, по сути, я никогда не была в не коммунистической России! Хотя погодите, в 1993-м или 1994-м я ездила ненадолго на съемку… В общем, надеюсь приехать в Москву и Санкт-Петербург с концертами.

— Вы же только что записали EP?

— Да, я записала несколько песен, которые не вошли в альбом, но они мне так нравились, так что я была рада их записать — несколько композиций записаны вживую на концерте. По смыслу они были очень близки к моему альбому, но я не хотела с них начинать новый альбом. Так что это были композиции, которые оказались «между».

— Там же есть и кавер на Канье Уэста?

— Да, мне очень нравилась эта песня, я записала ее вживую. Я всегда пела очень «мужские» песни, но не так много каверов — первый был кавер на песню Боба Дилана «Just Like a Woman», очень мужественная песня! А в фильме Ларса фон Триера [«Нимфоманка] он попросил меня записать кавер на Джими Хендрикса и его «Hey Joe». Очень мрачная и мужественная песня.

— Вашего персонажа в «Нимфоманке» Триера тоже звали Джо!

— Именно. Да и песня Канье Уэста тоже очень мужская, так что я начинаю думать, что меня привлекают песни, слова которых были написаны не под женщин. Но когда люди просят меня записать каверы на песни моего отцаОтец Шарлотты — легендарный французский певец-шансонье Серж Генсбур., я всегда чувствую, что у меня получится недостаточно хорошо. Так много исполнителей, у которых есть возможность записать его песни, но мне всегда нравилось именно как он пел эти песни. У него была своя манера исполнения, которая всегда будет лучше, чем у кого-либо. Так что, когда я пишу каверы других песен, я всегда помню и знаю, что они никогда не будут так же хороши, как оригинал. Поэтому стараюсь выбрать совершенно другую манеру исполнения, что-то совершенно неожиданное.

Шарлотта Генсбур на выступлении в миланском клубе Fabrique, 5 декабря 2018 года

© Francesco Prandoni/Getty Images

— В этом году вы едете на Coachella?

— Да, я ездила однажды, но это был только один уик-энд — всего один концерт (в 2010 году. — Прим. ред.), но в этот раз я буду выступать дважды — по пятницам, и между этими концертами будет еще несколько выступлений тут и там, чтобы не потерять сноровку. Мы начинаем наш тур с Восточного побережья — Бостон, Нью-Йорк, а потом полетим на Coachella.

— Вам нравится выступать вживую перед такими толпами?

— Теперь да, но раньше я это просто ненавидела. Я так нервничала, мне все время казалось, что я притворяюсь, выдаю себя за того, кем не являюсь. В том плане, что я никогда не верила, что у меня есть голос, которого было бы достаточно для большой сцены. У меня слабый голос, так что мне всегда надо сражаться с музыкальными инструментами, которые сильнее и громче меня, так что это всегда проблема для меня — быть услышанной. А если я начну петь громче — это буду уже не я. Да и баланс будет не тот. Сегодня я гораздо легче принимаю себя такой, какая я есть. Теперь я верю, что, если люди приходят меня послушать, они знают, кто я. Они не приходят увидеть Бейонсе — я не танцую на сцене. Хотя я люблю смотреть концерты с танцами и не люблю смотреть таких исполнителей, как я сама. Мне кажутся они скучными!

— Ваша строгость по отношению к самой себе — это же очень европейской качество. У американцев есть культура продавать себя дороже, чем они стоят на самом деле — очень часто слышишь фразу «fake it till you make it» [«имитируй, пока у тебя не получится»].

— Да, но меня не так воспитывали, не могу я этого делать. Я думаю, что мои родители были очень скромными, даже мой отец [Серж Генсбур] — он верил в то, что он делал, но он был очень стеснительным. Он знал, что его музыку нельзя сравнивать с классической музыкой или настоящим искусством. Я никогда не слышала, чтобы он называл себя художником! Для него быть художником — это заниматься благородным искусством, но варьете он таковым не считал. И то же самое с моей мамойМама Шарлотты — актриса и певица Джейн Биркин.: она все время говорила, что она очень плохо играла в кино, тоже не хотела считать себя певицей. Она ненавидела все, что делала, но это не делало ее несчастной. Она просто говорила: «Ой, не смотри этот фильм, я так плоха в нем!» Так что для меня это было нормально.

Я думаю, что это очень американская черта — не признаваться в своих сомнениях, верить в себя, в то время как во Франции было иначе, но теперь это пришло и к нам — благодаря социальным медиа. Но мне нравится, что я не чувствую себя слишком уверенной, что могу сказать о сомнениях в себе. Раньше я бы подумала, что это слишком скучно и негативно — говорить о том, как я не могу слушать или смотреть на себя!

Кадр из «Обещания на рассвете»

— Правда, что и рецензии на свои фильмы вы тоже не читаете?

— Нет. Но, может, я плохой чтец? Я предпочитаю не знать некоторых вещей. Если кто-то скажет что-нибудь обидное, то я буду помнить только это и фокусироваться на этом. А это не очень полезно для работы. Мне, конечно, нравится слышать, что отзывы на фильм хорошие, но я даже не хочу начинать их читать. Особенно сейчас: теперь даже комментарии описывают как рецензии. Это случилось с моим первым альбомом: на iTunes было множество комментариев с пятью звездочками и один очень злобный комментарий с одной звездой из серии: «Где бы она была, если бы не ее родители? Да у нее нет голоса!» Но это все то, что я и сама могу подумать о себе: да, у меня нет голоса, да, мои родители сделали все доступнее для меня, так что, в конце концов, это не то чтобы было конструктивно.

— Думаю, это русские в корни в вас говорят!

— (Смеется.) Но со временем я поняла, что это не скромность. К примеру, в фильме, в котором я снялась с Иваном (Атталем, давним союзником и отцом детей Шарлотты. — Прим. ред.), есть сцена, где я очень плоха, и я была просто помешана на ней. Хотя весь фильм прекрасен и есть сцены, где я хорошо играю. Но вот эта сцена была просто ужасна, а я пыталась исправить ее. Для меня это тоже часть работы. Мне кажется, если я скажу, что сыграла гениально, — это будет конец: получается, что я достигла всего, — так зачем продолжать?

Когда мы снимали «Обещание на рассвете», я помню как Пьер [Нине], актер из другого поколения, часто подходил к монитору, чтобы посмотреть отыгранные им сцены. А я вот не могу так. Если я увижу себя в процессе, то вообще не смогу сыграть.

Я помню, когда мне было восемнадцать лет, я работала у очень хорошего режиссера — Бертрана Брие [«Спасибо, жизнь!»]. И он сказал, чтобы я приходила отсматривать материалы, но я сказала, что не могу, что я впадаю в депрессию, если вижу. А он убеждал меня, говорил, что Жерар Депардье так делает, что это полезно, но меня это выводило из себя — ведь если сцену уже отсняли, то я не могу уже ничего изменить, не могу исправить эту ошибку! Вот если бы можно было посмотреть на себя, взять пару дней, а потом начать заново, то тогда это часть рабочего процесса. Но иначе мне приходится самоуничижаться, чтобы позитивнее относиться к работе. Мне нравится сниматься в фильме и не смотреть, что получилось в кино, — меня не волнует, но иногда мне любопытно.

Максимально образно о конкретном — в инстаграме «Афиши Daily».

Интервью с Шарлоттой Генсбур | Vogue Ukraine

Фото: Tim Walker

Стиль: Jacob K

Шарлотта Генсбур
Шерстяной кейп, серьга, латунь, кристаллы, все – Сéline; шерстяной жакет, топ из хлопка, Charlotte Gainsbourg для Current/Elliott; брюки из хлопка, Brooks Brothers; кожаные кроссовки, Adidas Originals; фетровая шляпа, Christys’ Hats London; булавка, металл, Sacai

Cложно представить творческий дебют скандальнее, чем у Шарлотты Генсбур. В 12 лет она спела дуэтом с отцом, легендарным французским провокатором Сержем Генсбуром, песенку под названием «Lemon Incest», название которой точно отражает ее содержание. А спустя два года снялась обнаженной в его картине «Шарлотта навсегда» (1986). Сейчас Генсбур 43, и в ее активе самые разные фильмы – от дзеффиреллиевской версии «Джейн Эйр» (1996) до легкой комедии «Моя жена – актриса» (2001), которую снял и в которой вместе с ней сыграл ее мужчина Иван Атталь.

Но, как ни крути, Шарлотта Генсбур – в первую очередь муза датского режиссера Ларса фон Триера. В его последних фильмах она совершенно искренне сыграла обрезание собственных гениталий; тоску, навеянную приближающимся апокалипсисом; а также секс-зависимость. Генсбур уж точно не пошла по традиционному актерскому пути «инженю – роковая красотка – строгая прокурорша». Поэтому от нее меньше всего ожидаешь хода в стиле Джессики Симпсон – запуска джинсовой коллекции. И тем не менее мы встречаемся в баре парижского отеля Montalembert именно для того, чтобы обсудить ее достижения на дизайнерском поприще.

Генсбур входит в бар, безмятежная и немного застенчивая, в потрепанных кроссовках Stan Smith, в топе с круглым вырезом под горло и свободных прямых джинсах, которым до нормкора не хватает только врезных карманов. Сейчас Шарлотта тестирует модели из второй коллекции, которую сделала для культовой джинсовой марки Current/Elliott, – она будет продаваться будущей весной. Первая коллекция Генсбур увидела свет в июле в парижском Colette, лос-анджелесском Maxfield, а также на net-a-porter.com. Эта простая и вместе с тем элегантная капсульная линия включает узкие джинсы, свободные футболки, кожаные шорты и единственную безумно популярную короткую куртку-бомбер.

Шарлотта Генсбур фото
Кожаное пальто, Charlotte Gainsbourg для Current/Elliott; кожаная сорочка, Anthony Vaccarello; сапоги из лакированной кожи, Valentino; булавка, металл, Sacai; серьга, латунь, кристаллы, Céline; фетровая шляпа (на стуле), Christys’ Hats London

Одежда, которую придумывает Шарлотта, по-мальчишески очаровательна и сочетает наивный стиль «ботана» с шиком рок-звезды. Подходящий вариант для скромной французской кинозвезды-интеллектуалки. Идеальная сорочка в глазах Генсбур – слегка приталенная, поплиновая, на пуговицах, белая или в голубую полоску; водолазка – свободная, будто на размер больше. И хотя она божится, что не имеет ничего против «женственных платьиц», в ее коллекции их нет. «Я должна быть честна перед собой: я люблю обыкновенную одежду, – говорит Шарлотта, наливая в чашку чай «Лапсанг Сушонг». – Создавая эту линию, я придерживалась очень простых правил: это должна быть одежда, которая мне нравится и которую я носила бы сама. Я не пыталась казаться моложе, не старалась угодить окружающим. Я просто хотела создать базовый гардероб без особых ухищрений».

«Когда в самом начале нашего сотрудничества Шарлотта приехала в Лос-Анджелес, она была готова сделать лишь несколько пар джинсов, – рассказывает владелец Current/Elliott Серж Азрия. – Но мы пообщались всего час, и у нас созрела полноценная коллекция – от кожаных вещей до свитеров и блейзеров. Генсбур точно знает, чего хочет, и она очень талантлива».

Родители Шарлотты были настоящими трендсеттерами. Ее отец придумал образ небритого хулигана (неизменный объект подражания вот уже которого поколения французских мужчин) и, на счастье или на беду, джазовки Repetto. В честь ее матери, английской актрисы и певицы Джейн Биркин – длинноногой и беззаботной девушки-сорванца, звезды конца 1960-х и 1970-х, – назвали заветную сумку Hermès. В близких друзьях у Шарлотты – креативный директор Louis Vuitton Николя Жескьер. Когда-то, еще на предыдущей работе, он предложил ей стать лицом его первого парфюма для Balenciaga. С годами их дружба только крепла – и сейчас, после его перехода в Louis Vuitton, Генсбур вместе с моделями Лией Кебеде и Фреей Беха Эриксен участвует в рекламной кампании этого бренда.

Тем не менее Шарлотта утверждает, что своим чувством стиля обязана кинематографу. С роли в фильме «Маленькая воровка» (1988), действие которого происходит в послевоенной Франции, началось ее увлечение винтажной одеждой, продолжающееся и по сей день. «Все началось с моды 40-х годов, – говорит Генсбур. – И мужские костюмы 60-х всегда превосходно на мне сидели. К тому же мне нравится старый взгляд на моду – раньше она не была однодневкой, не подчинялась стремлению к безудержному потреблению».

Хотя Генсбур отрицает, что семья сформировала ее вкус («Это было бы слишком очевидно»), тщательно подобранные родительские гардеробы все же сыграли свою роль. «Не то чтобы у них было много вещей. Просто оба были разборчивы и точны в своих предпочтениях». Шарлотта устала все время говорить о родителях и в то же время не может удержаться, чтобы не затронуть эту тему. «В моем возрасте уже пора бы освободиться от их присутствия, но мне еще ни разу не удалось не вспомнить о них в интервью, – вздыхает она. – Даже когда меня не спрашивают, я все равно найду способ их упомянуть. Без них мне будто чего-то не хватает. И именно поэтому пора от них отгородиться».

Одежда, которую придумывает Шарлотта, по-мальчишески очаровательна и сочетает наивный стиль «ботана» с шиком рок-звезды

«Отгородиться» в ее случае означает покинуть Францию и уехать жить за границу – скорее всего, в Америку. Идея витает в воздухе уже лет десять, признается Генсбур, но пока ни к каким конкретным действиям не привела. Да и сложно себе представить девочек из клана Биркин – Генсбур и ее сводную сестру, актрису Лу Дуайон, – на разных континентах. (Старшая сводная сестра Шарлотты, фотограф и социальный работник Кейт Берри, какое-то время работавшая с наркоманами, в декабре прошлого года покончила жизнь самоубийством.) С тех пор как в конце 60-х скандальный дуэт Джейн и Сержа «Je T’Аime... Moi Non Plus» взорвал буржуазную Францию, Биркин оставалась в авангарде прямолинейного провокационного искусства, и дочери пошли по ее стопам. Они мастерски прикидываются невинными овечками перед ханжами, выставляя скептиков в комичном свете. По мнению некоторых критиков, отношения Генсбур с фон Триером – отголосок ее отношений с собственным отцом: оба использовали ее как инструмент сексуального возбуждения и шока. Генсбур не отрицает этого: «Уже в раннем возрасте, – говорит она, – я узнала, что значит быть инструментом чьей-то провокации. И мне понравилось».

И все же Шарлотта не может полностью игнорировать реакцию, которую вызывает ее работа. В последнем фильме фон Триера «Нимфоманка: Часть 2» она снялась в постельной сцене сразу с двумя мужчинами, и через Интернет эти кадры дошли до ее старших детей (она воспитывает дочерей 3 и 11 лет, а также 17-летнего сына). Когда ее отец записал песню «Love on the Beat» о радостях орального секса, вспоминает Генсбур, «она была слишком непристойной и не предназначалась для детских ушей, но в то время не было Интернета. Снявшись в «Антихристе» и «Нимфоманке», я подумала: «В конце концов, мои родители записали «Je T’Аime... Moi Non Plus», и я как-то это пережила, хотя мне было всего четыре. Конечно, эти фильмы не могли не сказаться на моих детях, но если бы из-за этого их жизнь превратилась в кошмар, чего на самом деле не произошло, я бы отказалась от таких проектов в будущем. Это была бы самая настоящая жертва, потому что фон Триер, на мой взгляд, – лучший из современных режиссеров».

В новом частично автобиографическом фильме Азии Ардженто «Непонятая» Генсбур сыграла безалаберную мать-алкоголичку 9-летней девочки – лента заслужила самые высокие оценки критиков на Каннском кинофестивале. Шарлотта не отказывается от сложных ролей, и никакая джинсовая коллекция не затмит ее славу артхаусной героини. Она как раз заканчивает петь дифирамбы фон Триеру, когда нашу беседу прерывает бразильянка, не сумевшая удержаться, чтобы к нам не подойти. «Вас обожают у нас в Бразилии, – говорит она. – Вас любят за дерзость и отвагу». После этих слов она вручает Генсбур два наброска, сделанных специально для актрисы: два кролика с гигантскими фаллосами. «Это что, скрипка?» – краснеет Генсбур. Позже в вестибюле отеля мы встречаем двух женщин с такими же рисунками, только с обычными человеческими лицами. Похоже, все самое пикантное досталось Шарлотте.

Фото: Tim Walker

Стиль: Jacob K

Прически: Cyril Laloue @ Julian Watson Agency

Макияж: Sam Bryant @ D+V Management

Декорации: Rhea Thierstein

Производство: Jeffrey Delich @ Padbury Production