Марина абрамович перфоманс: 12 world-famous live art performances by Marina Abramović

Марина Абрамович против Улая: выжили только художники :: Впечатления :: РБК Стиль
Перформанс «В присутствии художника»

Перформанс «В присутствии художника»

© marinaabramovic.com

Автор Алиса Курманаева

23 сентября 2016

Вчера суд Амстердама обязал знаменитую художницу Марину Абрамович выплатить ее экс-партнеру Улаю €250 тыс. отчислений за продажи их совместных работ. «РБК Стиль» вспомнил, какое влияние оказали перформансы Абрамович и Улая на искусство.

Судебная тяжба между сербской художницей Мариной Абрамович и ее бывшим возлюбленным Улаем (настоящее имя Франк Уве Лайзипен) началась в ноябре прошлого года. Тогда немецкий художник, с которым Абрамович 12 лет состояла в творческих и романтических отношениях, обвинил ее в том, что она нарушила контракт, заключенный между ними в 1999 году. В период своего партнерства Улай и Марина создали более десятка перформансов. Как писало издание The Art Newspaper Russia, Улай впоследствии продал Абрамович свой материальный архив. Она в свою очередь согласилась заниматься хранением и техническим обслуживанием архива и контролировать производство фото, видео и прочих коммерческих материалов на его основе. По условиям договора 50% прибыли от продажи работ доставались галерее, 30% — Абрамович, а 20% — Улаю. Однако, как утверждает художник, его бывшая партнерша не предоставляла ему точную информацию о продажах, а за прошедшие с того момента 16 лет заплатила ему всего лишь четыре раза. Кроме того, Абрамович просила указывать на их совместных работах лишь ее имя.

  Перформанс «Отношения во времени»

Перформанс «Отношения во времени»

© marinaabramovic.com

«Она не просто мой бывший партнер по бизнесу, — говорил Улай. — Все эти работы вошли в историю. Они теперь в школьных учебниках. Но она намеренно искажает информацию и вычеркивает мое имя». В результате окружной суд Амстердама обязал Марину Абрамович выплатить своему экс-партнеру €250 тыс. в качестве отчислений за доходы от продажи их работ, а также €23 тыс. за судебные издержки.

Журнал The New Yorker писал, что творчество Марины Абрамович делится на три периода: до, во время и после Улая. История их отношений началась в ноябре 1975 года, когда некий амстердамский галерист попросил Улая встретить художницу в аэропорту и помочь ей с логистикой для съемок ее перформанса «Губы Томаса». На тот момент уроженка Белграда Абрамович уже успела громко заявить о себе перформансами «Ритм 10», «Ритм 0», «Ритм 2» и «Ритм 4», во время которых исследовала границы физической и психической выносливости и пределы связи между художником и публикой. Например, «Ритм 0» заключался в том, что она разрешила пришедшим на выставку людям манипулировать своим телом и движениями с помощью 72 различных предметов, а во время «Ритма 4» держала голову над мощной струей воздуха из воздуходувки. Эти эксперименты, к которым добавились исследования мужской и женской энергии, продолжились и в совместных работах Абрамович и Улая. Манифест художников звучал следующим образом: «Отсутствие постоянного места жительства, перманентное движение, прямой контакт, самостоятельный выбор, преодоление границ, умение рисковать, движущаяся энергия, никаких репетиций, непредсказуемый конец».

  Перформанс «Ритм 10»

© marinaabramovic.com

Перформанс «Ритм 0»

© marinaabramovic.com

Перформанс «Ритм 2»

© marinaabramovic.com

Перформанс «Ритм 5»

© marinaabramovic.com

Совместные акции Улая и Абрамович были провокационными из-за подчас рискованных опытов и интенсивного вовлечения публики. В 1976 году творческий дуэт показал на Венецианской биеннале перформанс «Отношения в пространстве»: два обнаженных человека бежали навстречу друг другу и сталкивались, и эти движения постоянно повторялись. Таким образом Марина Абрамович и Улай хотели соединить мужскую и женскую энергии и создать нечто третье, что они называли «Та Сущность». Еще одним ярким перформансом стала «Импондерабилия», в 1977 году показанная в галерее современного искусства в Болонье. Обнаженные художники стояли лицом друг к другу в дверном проходе, и зрителям, желающим пройти на выставку, приходилось протискиваться между ними и неминуемо поворачиваться лицом либо к Улаю, либо к Марине. Одной из самых рискованных арт-акций дуэта стала «Энергия покоя», продемонстрированная в 1980 году в Дублине. Наряду с «Ритмом 0» Абрамович называла этот перформанс самым трудным. По ее словам, он был посвящен полному взаимному доверию. Художники стояли друг напротив друга, Марина держала боевой лук, а Улай — тетиву со стрелой, нацеленной в сердце своей партнерши. К телам обоих были прикреплены микрофоны, транслировавшие звуки ускоряющегося сердцебиения. При потере равновесия стрела могла попасть прямо в художницу. «Это длилось четыре минуты и десять секунд, и для меня они были вечностью», — вспоминала Абрамович.

  Перформансы «Импондерабилия» и «Энергия покоя»

Перформансы «Импондерабилия» и «Энергия покоя»

© marinaabramovic.com

Некоторые совместные перформансы оказали влияние и на ее дальнейшие работы. Например, серия «Ночной переход», когда Улай и Марина на протяжении нескольких часов неподвижно сидели друг напротив друга, в 2010 году вдохновила Абрамович на ее знаменитую акцию «В присутствии художника» в Музее современного искусства в Нью-Йорке. Тогда Марина сидела за столом около 740 часов, и любой желающий мог сесть напротив и посмотреть ей в глаза. Даже свое расставание творческий дуэт превратил в перформанс, пожалуй, самый известный широкой публике.

   

В 1988 году художники отправились навстречу друг другу с разных сторон Великой Китайской стены и преодолели по 2,5 тыс. километров, чтобы встретиться посередине, а затем попрощаться и разойтись. «Нам нужна была определенная форма завершения после того огромного расстояния, которое мы прошли вместе. Это очень человечно. Это в известной мере драматично, как окончание фильма. Потому что в конце ты действительно одинок, что бы ты не делал», — объясняла художница в одном из интервью.

  Перформанс «Поход по Великой Китайской стене»

Перформанс «Поход по Великой Китайской стене»

© marinaabramovic.com

Сейчас Марина Абрамович является самой известной художницей-перформансистом в мире, и ее имя на слуху даже у тех, кто не особо интересуется искусством. Улая же широкая публика знала именно как ее партнера, несмотря на то, что его персональные выставки проводились в Амстердаме, Берлине, Афинах и Любляне, а в мае этого года он устраивал трехдневный перформанс Cutting Through the Clouds of Myth в Нью-Йорке. Однако совместный период их творчества ярче всего запомнился публике. И когда через много лет после расставания Улай пришел в Музей современного искусства на перформанс «В присутствии художника» и сел напротив Абрамович, а затем бывшие партнеры взяли друг друга за руки, зрители, стоявшие в очереди, зааплодировали. И это, пожалуй, было одним из самых очевидных доказательств того, какое сильное влияние оказывало на людей их искусство. 

Содержание

17 фактов, которых вы не знали о Марине Абрамович

Текст: Седар Пасори / complex.comПеревод: Сергей Катчев03.09.2013   226799

На днях на сайте Kickstarter закончилась кампания Марины Абрамович по сбору $600 000 на ее институт перформанса, с итоговым результатом в $661 452. В рамках кампании были выпущены несколько видео, в одном из которых снялась Леди Гага, обнажившаяся в лесу во время демонстрации одного из «методов Абрамович». Хотя в последние недели Абрамович можно было наблюдать на одной сцене с рэпером Джеем-Зи во время перформанса Picasso Baby в Pace Gallery или обнаружить ее фамилию в ремиксе Фрэнка Оушена на песню Versace исполнителя Мигоса, — о самопровозглашенной «бабушке перформанса» еще можно многое рассказать. На протяжении всей своей карьеры она всецело посвящала себя своему делу, зачастую рискуя жизнью ради искусства. И она продолжает это делать в рамках своего нового института.

Сцена из спектакля Роберта Уилсона «Жизни и смерть Марины Абрамович». Источник: flickr.com/desingel. © Lucie Jansch

01. Когда ей было 14, она играла в «русскую рулетку» с пистолетом своей матери.

Это отражено в пьесе Роберта Уилсона «Жизнь и смерть Марины Абрамович», где ее нелегкие отношения с матерью были показаны во всех деталях. По иронии судьбы, на премьерном показе пьесы в 2011 году Абрамович сыграла свою мать. Еще раз эту постановку можно было посмотреть в Park Avenue Armory в Нью-Йорке в декабре 2013 года.

Сцена из спектакля Роберта Уилсона «Жизни и смерть Марины Абрамович». Источник: flickr.com/desingel

 

02. В юности она пыталась сломать себе нос, чтобы заставить родителей заплатить за пластическую операцию.

Об этом также было рассказано в пьесе «Жизнь и смерть Марины Абрамович», подтверждая как страстность Марины, так и ее сложные отношения с родителями. Этот эпизод предзнаменовал ее побег из родного Белграда в возрасте 29 лет. В интервью Daily Beast в 2012 году она рассказала: «Когда мне было 14, я думала, что выгляжу ужасно. Я носила типичные словацкие ботинки с металлической подошвой (поэтому меня всегда было слышно), уродливую юбку, как у принцессы, и блузку, застегнутую на все пуговицы. У меня было детское лицо, покрытое прыщами, огромный нос и мальчишеская стрижка. А моей заветной мечтой в те годы было иметь нос как у Брижит Бардо».

Марина Абрамович. Фото: Frazer Harrison/Getty Images North America

 

03. До того как Абрамович узнала об искусстве перформанса, она занималась живописью и писала «большие сталкивающиеся социалистические грузовики» и «маленькие невинные социалистические игрушечные грузовички».

Однажды она спросила у одного офицера, можно ли ей полетать на истребителе, чтобы «раскрасить небо дымом». Ей отказали, сославшись на то, что у нее нервный срыв. Но впечатление от сверхзвуковых самолетов, оставляющих в небе неуловимый инверсионный след, оказалось необычайно сильным и вдохновило Абрамович стать перформансистом: «С того дня я перестала рисовать. Вместо этого я стала больше обращать внимание на то, что находится вокруг меня, и использовать это в своей работе. Мне потребовалось время, чтобы осознать, что я сама могу быть своим искусством».

Самолет МиГ-21. Источник: reaa.ru

 

04. В 19 лет, в первый год своего обучения в художественной школе, она придумала перформанс Come Wash with Me для белградской Galerija Doma Omladine: зрителям предлагалось раздеться на входе, чтобы художница смогла постирать их одежду.

Это работа была предложена галерее в 1965 году, но Абрамович ждала ответа четыре года и в результате получила отказ. На ретроспективе Абрамович «В присутствии художника» в MoMA был представлен рисунок к этой заявке, оказавшийся старейшим экспонатом на выставке.

Вид экспозиции The Artist is Present, MoMA, Нью-Йорк. 2010. Источник: theperformanceclub.org

 

05. После того, как в 29 лет Абрамович сбежала из Белграда, она зарабатывала на жизнь вязанием свитеров.

В годы, когда зарабатывать искусством перформанса еще не было возможности, Марина трудилась на нескольких работах, чтобы себя содержать.

Марина Абрамович. Ритм 0. 1974. Источник: andrewfishman.tumblr.com

 

06. Она прожила целый год с аборигенами на задворках Австралии.

Помимо тибетской культуры, на Марину Абрамович сильное впечатление произвела культура австралийских аборигенов: в 1980-х она жила вместе с ними в центральной Австралии. «Эти две культуры научили меня контролировать мое физическое/ментальное тело», — говорит она.

Французский рисунок, изображающий жизнь австралийских аборигенов. 1807. Источник: utas.edu.au

 

07. В то же самое время она вырастила детеныша кенгуру.

В одном из недавних видео Абрамович рассказала, что ближе всего к роли матери она подошла, выращивая детеныша кенгуру. Его мать была убита аборигенами, в племени которых она жила. В многочисленных интервью, в том числе в недавнем опроснике на портале Reddit, Абрамович заявляла, что никогда не собиралась выходить замуж или иметь детей.

Марина Абрамович. Балканский эротический эпос. 2006. Источник: frasisfatte.wordpress.com

 

08. Она считает, что художник не должен влюбляться в других художников.

В своем «Манифесте жизни художника» Абрамович пишет, что «художник должен избегать любовных отношений с другим художником». Отвечая 31 июля 2013 года на опросник портала Reddit, она объясняет: «Я делала это три раза в своей жизни, и каждый раз все заканчивалось моим разбитым сердцем. Я сужу по собственному опыту. Это очень конкурентная ситуация, которую трудно описать в двух словах. И это предмет для долгого разговора. Лучше взглянуть на художников, живших вместе (и в прошлом, и сейчас), и понять, насколько трагично происходило все у них».

Марина Абрамович и Улай на выставке The Artist is Present, MoMA, Нью-Йорк. 2010. Источник: Scott Rudd Photography

 

09. В 1997 году она сделала перформанс «Балканское барокко», во время которого чистила щеткой 1500 коровьих костей по шесть часов в день.

Работа была сделана для Венецианской биеннале. Во время перформанса она также пела и рассказывала истории о Белграде, своем родном городе. В интервью газете The Guardian она рассказывала: «Когда люди спрашивают меня, откуда я родом, я никогда не говорю, что из Сербии. Я всегда отвечаю, что я из страны, которой больше нет».

Марина Абрамович. Балканское барокко. 1997. Courtesy Marina Abramovic Archives и Sean Kelly Gallery, NY. © Marina Abramovic

 

10. Для одной из работ она бритвой вырезала на своем животе пятиконечную звезду.

В 1975 году Марина Абрамович исполнила перформанс «Губы Томаса»: сначала она вырезала бритвой на животе пятиконечную коммунистическую звезду, потом выпорола себя, а затем легла на 30 минут на кусок льда в виде креста, стоявший под обогревателем. Однажды бабушка Марины обнаружила ее во время подготовки этого перформанса без сознания и с обожженными волосами.

Марина Абрамович. Губы Томаса. 1975/2005. Источник: thespot.ru

 

11. Во время другой работы она мастурбировала, находясь под деревянным настилом в Музее Гуггенхайма, по которому в этот момент ходили посетители.

В 2005 году Абрамович повторила в Музее Соломона Р. Гуггенхайма перформанс Вито Аккончи Seedbed (1972) Позже Абрамович рассказывала, что за время перформанса она испытала девять мощных оргазмов. В проект в качестве оды перформансам прошлого также были включены повторы работ Брюса Наумана, Джины Пане, Вали Экспорт, Йозефа Бойса.

Марина Абрамович. Seedbed. Музей Соломона Р. Гуггенхайма, Нью-Йорк. 2005. Фото: Kathryn Carr. © The Solomon R. Guggenheim Foundation, New York

 

12. Одна из ее работ послужила основой для серии «Секса в большом городе».

В 12-м эпизоде шестого сезона сериала «Секс в большом городе» Кэрри Брэдшоу знакомится с Александром Петровским. Это происходит на выставке-перформансе, во время которого художница живет в галерее без еды и воды. Этот эпизод был инспирирован аналогичным проектом Абрамович в Sean Kelly Gallery, называвшимся «Дом с видом на океан».

Марина Абрамович. Дом с видом на океан. 2002. Фото: Attilio Maranzan. Courtesy Marina Abramovic Archives и Sean Kelly Gallery, NY. © Marina Abramovic

 

13. Марина Абрамович продала один из своих трех лофтов в Сохо креативному директору Givenchy Рикардо Тиши за $3 060 000 долларов.

В опроснике на Reddit она рассказала, что Рикардо Тиши и она «очень хорошие друзья. Он часть мой артистической семьи. Он оригинальный творец, и я его уважаю. Кроме того, мне с ним весело, что немаловажно». Они настолько близки, что она продала ему одни из трех своих апартаментов в Сохо, на Кинг-стрит, между Вэрик и Шестой авеню.

Квартира Марины Абрамович. Фото: Jason Schmidt. Источник: harpersbazaar.com

 

14. Она также участвовала в рекламной кампании Givenchy вместе с Кейт Мосс.

Рикардо и Марина настолько близки, что она снялась в рекламе Givenchy весна-лето 2013 года.

Марина Абрамович. Рекламная кампания Givenchy весна-лето 2013. Источник: twitter.com

 

15. Люди думают, что она вампир.

В рамках опросника на Reddit многие задавали один и тот же вопрос: не вампир ли она и как ей удается оставаться такой молодой? На что Абрамович ответила, что «черногорцы живут долго и не стареют».

Источник: complex.com

 

16. Актер Джеймс Франко дал ей полную творческую свободу в создании фильма о его жизни.

Так же как Роберт Уилсон поставил пьесу о жизни Абрамович, она снимает фильм о жизни Джеймса Франко. Она рассказала, что Франко предоставил ей тонны материалов и дал полную свободу действий. «Мне кажется, он сейчас самый интересный из актеров. — говорит Марина. — Почему? Потому что он рискует, а когда ты рискуешь, ты можешь потерпеть неудачу. Он принимает неудачу и риск с одинаковой силой. Он мог бы быть очередным голливудским актером и всё, — как все остальные. Но он выходит за всевозможные рамки, и не всегда успешно. Для него процесс важнее результата».

Марина Абрамович и Джеймс Франко. Источник: huffingtonpost.com

 

17. Она снималась в клипе Antony and the Johnsons.

В августе 2012 года Абрамович снялась в видео группы Antony and the Johnsons на песню Cut the World, поставленным Набилем Элдеркином. Помимо Абрамович в съемках приняли участие Уиллем Дефо и Карис ван Хаутен. Клип рассказывает о женщинах, которые отвоевывают мир у мужчин.

“КАК ЭТО ПОНИМАТЬ?”: ЧТО ТАКОЕ ИСКУССТВО МАРИНЫ АБРАМОВИЧ

Какие ассоциации возникают при упоминании Марины Абрамович? Возможно, кто-то подумает, что она родственница миллиардера Романа Абрамовича. Кому-то вспомнятся журнальные статьи о шокирующих художественных акциях. А кто-то сразу поймёт, что речь идёт о художнице, за которой давно закрепилось звание “бабушки перформанса”. И многие будут удивлены тому, что ей уже 72, а не 47, как может показаться на фотографиях. Журнал МОСТ рассказывает о самых известных работах Марины Абрамович и выявляет основные мотивы творчества, помогающие оценить её вклад в развитие перформанса.

Что такое перформанс?

Перформанс – форма современного искусства, в которой произведения суть действия художника и/или зрителей в определённом месте и в определённое время.

Первое упоминание слова “перформанс” связано с выступлением композитора Джона Кейджа, исполнившего на сцене своё сочинение “4`33” в 1952 году. Оно выбивается из классического представления о музыке – состоит из трёх актов в 30 секунд, 2 минуты 23 секунды и 1 минута 40 секунд, в сумме составляющих 4 минуты 33 секунды. И всё это время музыкант не извлекает из своего инструмента ни звука. Идея заключается в том, чтобы сочинение состояло из тех звуков окружающей среды, которые прозвучали во время исполнения произведения “4`33”.

Как художественное направление перформанс активно начинает развиваться в 1960-е годы, выражаясь в творчестве Ива Кляйна, Йозефа Бойса, Йоко Оно. За последние десятилетия перфоманс пережил различного рода трансформации. Наиболее известной представительницей данной формы художественного высказывания на сегодняшний день является Марина Абрамович. Её образ появляется в фильме Паоло Соррентино «Великая красота», а её работы служат основой для эпизодов таких сериалов, как “Секс в большом городе” и “Доктор Хаус”.

Кто такая Марина Абрамович и почему она “бабушка перформанса”?

Марина Абрамович – художница-перформансистка из Сербии. Её можно назвать одной из самых влиятельных персон в мире современного искусства. На протяжении всего своего творческого пути она занимается изучением телесности, пределов человеческих возможностей как физических, так и психических.

Может показаться, что художница путём самоистязания лишь пытается привлечь к себе внимание и является “ещё одним псевдо-художником, который шокирующими публику методами хочет заработать как можно больше денег”. И всё же стоит выйти за рамки предрассудков – ознакомиться с биографией Марины Абрамович и несколькими её проектами. Обратим внимание на одну деталь – ударение в её фамилии падает на вторую «а».

Художница родилась в Белграде в 1946 году, её родители были югославскими партизанами во время Второй Мировой войны. Она росла в семье со строгими порядками, где ей не разрешалось приходить домой позднее десяти часов вечера до 29 лет, пока она не уехала в Амстердам. И удивительно то, что её перформансы, в рамках которых она себя подвергала опасности проводились в “детское” время.

“У меня есть теория: чем хуже у тебя детство, тем лучше твоё искусство — если ты по-настоящему счастлив, то у тебя не получится создать хорошее произведение. Мои родители были карьеристами, стремились добиться успеха в области политики. Они оба после Второй Мировой войны были признаны национальными героями. У них не было желания заниматься ребёнком, и они отдали меня бабушке”.

На становление художницы оказало влияние и слияние трёх культурных парадигм – коммунизма, христианства и балканской культуры. По её словам, коммунизм научил её самодисциплине, а православие духовности. Проявление балканской культуры можно увидеть в её методологии, сочетающей в себе Восток и Запад.

В одном из интервью Абрамович отметила, что главным произведением перформансиста должны стать его похороны, к которым он должен подготовиться заранее и обдумать все детали. По поводу своих похорон художница высказала мысль о том, что её должны похоронить в одно и то же время в трёх важных для неё городах: Белграде, Амстердаме и Нью-Йорке. А главная идея заключается в том, что никто не должен знать, где именно будет настоящее тело, а где всего-навсего бутафория.

По хронологии можно разделить её деятельность соответственно на три этапа. Белградский этап суть изучение телесности путем самоистязания, что было характерно для 1960-1970-х годов как в философии, так и в искусстве. Также здесь прослеживается “разоблачение” человеческой природы и общества в целом. С 1965 по 1970-е Марина Абрамович была студенткой университета искусств в Белграде. Далее ещё два года училась в Академии изящных искусств в Загребе (Хорватия). В 1973 году она начинает серию работ под названием “Ритм”, наиболее известными из которых стали “Ритм 0” и “Ритм 10”.

“Ритм 0”, 1974 год

Марина Абрамович выложила на стол 72 предмета, с помощью которых можно было либо навредить художнице, либо сделать для неё что-то хорошее (среди них: заряженный пистолет, нож, роза с шипами, виноград, хлеб, черная шляпа, хлыст). Она шесть часов стояла в неподвижном положении и не сопротивлялась воле публики. В начале посетители галереи вели себя скромно, но позже стали проявлять жестокость – за время перформанса художнице нанесли несколько порезов, отрезали прядь волос и приставили к её голове заряженный пистолет, однако ничто из этого не заставило Марину прекратить данное действо. Перформанс завершился тем, что художница просто пошла к выходу из галереи, а зрители стали отходить от неё, так как боялись, что она может начать давать им “сдачи”.

“Ритм 5”, 1974 год

Марина ложится внутри горящей пятиконечной звезды, однако в ходе действа теряет сознание от недостатка кислорода. Перформанс прерывается тем, что один из зрителей вытаскивает её из середины звезды и далее отвозит в больницу. Художница была крайне недовольна тем, что её работа была прервана и впоследствии никому не говорила, как именно должна была завершиться акция.

Амстердамский этап характеризуется изучением человеческих взаимоотношений. С 1976 года после переезда в Амстердам начинается новый этап в творчестве Марины Абрамович, который отражает её близкие отношения с художником Улаем. Их союз был плодотворным на различного рода эксперименты и продлился до 1988 года, завершившись перформансом под названием “Великая стена”.

“Смерть себя”, 1977 год

Марина и Улай соединили свои рты с помощью специального устройства, через которое они дышали выдохами друг друга. Спустя 17 минут они оба потеряли сознание из-за того, что их лёгкие были переполнены углекислым газом. Целью данной работы было показать то, что люди могут поглощать друг друга и лишиться жизни, жертвуя собой.

“Энергия покоя”, 1980 год

Улай держал стрелу, направленную на сердце Марины, которая была натянута на тетеву. Лук держала художница. Действо длилось полторы минуты и всё это время микрофон транслировал в зал звук сердцебиения и дыхания художников. Её жизнь полностью зависела от близкого ей человека, которому она доверяла. Всё это говорит о том, что, доверившись кому-то, мы можем подвергнуть нашу жизнь опасности.

“Великая стена”, 1988 год

Данный перформанс должен был завершиться бракосочетанием Марины и Улая. Однако в ходе подготовки к нему и восьмилетнего ожидания разрешения на посещение Китайской стены от властей их взаимоотношения ухудшились. Художники вышли навстречу друг другу с разных концов, проделали огромный путь для того, чтобы встретиться, сказать друг другу “прощай” и разойтись. После этого они еще долго не виделись.

Для Нью-Йоркского, третьего этапа всё так же характерно исследование возможностей человеческого тела в присутствии зрителей, где происходит энергетический обмен между художницей и публикой. После разрыва отношений с Улаем Марина Абрамович почти сразу переехала в Нью-Йорк, который ознаменовывает собой новый этап её творчества.

“Балканское барокко”, 1997 год

На 47-ой Венецианской биеннале Марина в течение нескольких дней по шесть часов сидела на горе говяжьих кровяных костей и мыла их, напевая при этом балканские песни и рассказывая о Белграде. Данный перформанс она посвятила памяти погибших на войне в Югославии и впоследствии за него получила “Золотого льва”.

“Дом с видом на океан”, 2002 год

Данная работа – отсылка к практикам тибетских монахов. В течение 12 дней в макете дома на сцене Марина в присутствии зрителей ведет аскетичный образ жизни – не ест и лишь пьет воду, принимает душ, лежит, медитирует. Выбраться из этого пространства ей не позволяет лестница, ступеньки которой представляют из себя острые ножи.

“В присутствии художника”, 2010 год

Этот перформанс в общей сложности продлился 736 часов. Каждый день по 7-8 часов художница смотрела в глаза каждому посетителю, который решался сесть перед ней на стул. Это было сделано для того, чтобы установить с ними энергетическую связь. Среди них оказались Леди Гага, Мэтью Барни, Бьорк и её бывший возлюбленный Улай, глядя на которого Марина заплакала.

“Я пристально смотрела в глаза многим людям, которые несли в себе столько боли, что я мгновенно видела ее и чувствовала. Я стала для них зеркалом их собственных эмоций. Один огромный ангел ада с татуировками уставился на меня свирепо, но спустя десять минут разревелся и стал стонать, как дитя малое”.

На сегодняшний день Марина Абрамович продолжает работать над созданием новых проектов, обучает будущих художников-перформансистов, собирает деньги на Институт перформанса в Нью-Йорке.

Невозможно переоценить вклад Марины Абрамович в развитие современного искусства и культуры. Её жизнь стала перформансом, показывающим нам то, на что способно человеческое тело, то, на что способны люди, чувствующие свою безнаказанность, и то, какими могут быть человеческие взаимоотношения и страхи. Марина Абрамович – wonder woman в мире современного искусства.

И всё же остаётся один вопрос – о чём думает зритель, глядя на её самоистязания?


Автор: Зарина Ахметзянова

Редактор: Ксения Попова

Марина Абрамович — фото, биография, личная жизнь, новости, перформансы 2020

Биография

В конце осени 2019-го в СМИ просочилась информация, что через год, в октябре 2020-го, Christie's впервые выставит на аукционные торги цифровой перформанс Марины Абрамович. «Жизнь», в которой появляется голограмма автора в красном платье и нескольких людей, «родившаяся» в феврале 2019-го и длящаяся чуть меньше 20 минут, заслужила противоречивую реакцию критиков и оказалась предварительно оценена в $ 776 тыс.

Детство и юность

Марина родилась в последний ноябрьский день в Белграде через год после окончания Второй мировой войны в семье югославских партизан: Войо и Даница познакомились в период боевых действий, а после их завершения стали поистине национальными героями.

Несмотря на внешнее благополучие и хорошую материальную обеспеченность, внутри ячейки общества атмосфера, мягко говоря, была не очень. Отец интересовался другими женщинами, а вскоре и вовсе оставил жену и детей, мать отличалась суровым нравом и тотально контролировала сына и дочь, а любовь открыто выражала только бабушка.

Опубликовано Таисией Сергеевой Суббота, 22 февраля 2020 г.
Марина Абрамович в молодости

В 14 лет подростку преподали первый урок перформанса: фронтовой друг главы семейства — художник Фило Филипович на просьбу научить, как пользоваться только что купленными масляными красками, решил показать «Закат». Для этого он смешал на холсте песок с клеем и красным, желтым и черным цветом, облил бензином и поджег. К любопытным фактам того периода относится и то, что девушка часто играла в «Русскую рулетку» с пистолетом Даницы, а заветной мечтой считался нос как у Брижит Бардо.

Высшее образование студентка получила в местном Институте искусств, а затем окончила аспирантуру в Академии изящных искусств в Хорватии.

Личная жизнь

Личная жизнь Марины тесно связана с искусством: трое из четырех избранников оказались художниками — первый муж Неша Парипович, бойфренд Франк Уве Лайсипен (Улай) и второй супруг Паоло Каневари. А Клаус Бизенбах являлся известным куратором выставок.

Марина Абрамович с Улаем в молодости и сейчас

Роман с Улаем завязался в ноябре 1975-го, после того как мужчина встретил Абрамович в аэропорту и помогал с «Губами Томаса». Спустя 5 лет пара решила пожениться на Великой Китайской стене. Но за то время, что она ждала разрешения от властей, отношения развалились.

В 2010-м бывшие влюбленные встретились на перформансе «В присутствии художника», в 2016-м завершили судебную тяжбу и в 2017-м окончательно помирились. Впоследствии женщина вышла замуж за итальянца Паоло, но и в итоге они тоже расстались.

Творчество

Прежде чем с головой окунуться в искусство выносливости, Абрамович, по ее признанию, занималась живописью и выводила на бумаге только большие сталкивающиеся социалистические грузовики и маленькие невинные социалистические игрушечные грузовички. Но однажды на нее произвели огромное впечатление следы, оставленные в небе истребителями, и она распрощалась с холстами и красками.

Первый эксперимент мастера датирован 1973-м: на свет сначала появился «Ритм 10», через год — «Ритм 5», «Ритм 2», «Ритм 4» и «Ритм 0». В ходе последнего присутствующим разрешено было пользоваться размещенными на столе 72 объектами, способными причинять ей, стоящей неподвижно, удовольствие и боль. Поведение посетителей с каждым часом становилось все агрессивнее, вернувшись вечером в отель, молодая женщина обнаружила у себя прядь седых волос.

Перфоманс "В присутствии художника" Марины Абрамович воистину гениален. Она просто сидит три месяца с утра до вечера и...

Опубликовано Игорем Синельниковым Пятница, 19 июля 2013 г.
Перфоманс "В присутствии художника" Марины Абрамович

В 1975-м она воплотила в автобиографических «Губах Томаса» впечатления из детства: в них отразилось воспитание строгих родителей-коммунистов и любящей набожной бабушки.

С 1976-го у сербского деятеля искусства началась работа с Улаем — коллегой и возлюбленным. Вместе с мужчиной Марина создала множество провокационных инсталляций, вошедших историю и школьные учебники, — серии «Отношения» и «Ночной переход», «Вдох-выдох», «Энергия покоя», «Поход по Великой Китайской стене» и т. д.

В 2010-м в рамках первой ретроспективной выставки в Нью-Йорке состоялся перформанс «В присутствии художника», одноименная экспозиция через год открылась и в России. Не прошел мимо талантливой Абрамович и кинематограф: она сняла фильмы «Балканский эротический эпос» и «Опасные игры».

Марина Абрамович сейчас

Несмотря на возраст, статная Марина (рост, по некоторым данным, 188 см при весе 76 кг) полна сил и выходить на пенсию явно не собирается.

В октябре 2019-го «рок-звезда современного искусства» впервые за 44 года вернулась в Белград, в родной город она привезла «Уборщика». Также сейчас продолжает работу и созданный ею Marina Abramovic Institute, обучающий мастерству перформанса. Следить за жизнью культурного центра посредством фото и видео можно на официальном сайте и в социальных сетях «Фейсбук» и «Инстаграм».

Перформансы

  • 1973 ‒ «Ритм 10»
  • 1974 ‒ «Ритм 5», «Ритм 2», «Ритм 4», «Ритм 0»
  • 1976 ‒ «Отношения в пространстве»
  • 1977 ‒ «Отношения в движении», «Отношения во времени»
  • 1977 ‒ «Импондерабилия»
  • 1978 ‒ «Вдох-выдох», «ААА-ААА»
  • 1980 ‒ «Коммунистическое тело, капиталистическое тело», «Энергия покоя»
  • 1981-1987 ‒ «Ночной переход»
  • 1988 ‒ «Поход по Великой Китайской стене»
  • 1995 ‒ «Чистка зеркала»
  • 1996 ‒ «Приготовление духов»
  • 2010 ‒ «В присутствии художника»
  • 2014 ‒ «512 часов», «Генератор»
  • 2017 ‒ «Уборщик»
  • 2019 ‒ «Жизнь»
Марина Абрамович: «Я на самом деле веселая, люблю плохие, неполиткорректные шутки»

«Метод Марины Абрамович». 2013. Фрагмент перформанса. Фото: CAP/KFS/Capital Pictures/Eastnews

Художница дала нам интервью из Австрии, где она сейчас находится. С ней говорили издатель международной сети The Art Newspaper Инна Баженова, лично, и наш английский коллега Бен Люк — по Zoom.

Как эпидемия сказалась на вашей жизни, повлияла ли самоизоляция на вашу работу?

Позвольте мне разочаровать вас. Моя жизнь вообще никак не была потревожена. Я живу как современный кочевник. Я путешествую из одного места в другое, и каждый номер в отеле я воспринимаю как свое жилище, потому что на самом деле только мое тело является тем единственным местом, которому я принадлежу. В любых обстоятельствах я работаю, и большую часть времени я работаю в изоляции, так что эти новые обстоятельства не изменили мой образ жизни. Единственное, что изменилось, — это общение с людьми, потому что теперь возникла социальная дистанция и общение все больше происходит с помощью медиатехнологий. Но это вовсе не так уж и плохо. Еще друзьям можно отправлять телепатические послания.

Марина Абрамович. «Дом Духа. Дремлющее сознание». Амстердам, 1997. Фрагмент перформанса. Фото: Courtesy of the artist

Ваша работа в любом случае всегда подталкивала к взаимодействию, а изоляция все это исключает.

Сейчас действительно существует проблема: люди живут в страхе. Люди любят организовывать свою жизнь и хотят знать все, что происходит с этого момента до тех пор, пока они не умрут, но это невозможно. Из-за коронавируса мы все оказались в ситуации неопределенности, закрытых границ и невозможности путешествовать, и, когда это закончится, тоже неясно. Но я обожаю неопределенность, мне нравится мысль о том, что люди должны научиться жить здесь и сейчас и просто думать о настоящем времени как о единственной истинной реальности, которая у нас есть. Потому что обычно мы думаем, что у нас есть другие реальности, другое будущее, но я всегда говорю себе: а что, если с неба упадет астероид и мы все умрем в следующие несколько минут? Единственное, в чем мы можем быть уверены, — это настоящее.

Происходящее сейчас заставляет вас концентрироваться на событиях сегодняшнего дня, на новостях, или же, наоборот, бежать в другую реальность?

Для художника очень опасно, когда новости и события, происходящие прямо сейчас, влияют на его работу и образ мыслей. Ты теряешь возможность быть визионером. Когда была война в Югославии, на Балканах, мне потребовалось много времени, чтобы создать «Балканское барокко» (перформанс 1997 года, отмеченный «Золотым львом» Венецианской биеннале. — TANR), и даже тогда я не хотела, чтобы мое произведение было напрямую связано с войной в Югославии. Я хочу создавать трансцендентные образы, чтобы они могли быть использованы в любое время где бы то ни было, вне зависимости от того, война ли это в Уганде или война в Сирии. Чтобы всегда, когда кто-то кого-то убивает, мы могли бы использовать этот образ. То же самое с коронавирусом. Если немедленно начать напрямую работать по этой теме, это будет похоже на переработку ежедневных новостей, а я не думаю, что искусство должно быть таким. Искусство должно волновать, задавать вопросы и предсказывать будущее. Во время Второй мировой войны, когда все изображали мировые бедствия, Матисс рисовал цветы, он всю жизнь рисовал цветы, и это воистину великий ответ на обстоятельства. Мы следим за тем, сколько людей погибло в Америке, сколько умерло во всем мире, и эти новости такие депрессивные! А ведь речь о том, как поднять наш дух, а не подавлять его.

Марина Абрамович и Улай. «Отношения во времени». Болонья, 1977. Фрагмент 7-часового перформанса. Фото: Courtesy of the artist

Исполнение перформанса требует, чтобы люди находились близко друг к другу, но сейчас это опасно для здоровья. Как перформанс может выйти из этой ситуации? Не кажется ли вам, что потребуется много времени, чтобы искусство перформанса вернулось в то исключительное положение, которого оно достигло в последние годы?

Я чувствую себя ответственной за то, что перформанс стал мейнстримом, потому что занимаюсь этим более 50 лет и никогда не сдаюсь. Так что сейчас это похоже на разговор о моем ребенке. Я думаю, что коронавирус — это не навсегда. Настанет пора, когда эпидемия пройдет, и будут делаться прививки, и мы сможем устраивать большие события вокруг перформансов. В то же время я думаю о дополненной реальности, потому что таким образом можно запечатлеть энергию исполнителя, и она будет в вашей комнате, вся только для вас. Я только что создала подобное произведение под названием «Жизнь». Это один из способов прямого контакта, который так необходим перформансу.

Ваша ретроспектива в Королевской академии в Лондоне должна была открыться осенью, но отложена на следующий год. Очевидно, что она планировалась много лет, но интересно, что из происходящего сейчас заставляет вас думать о внесении изменений в выставку?

Я работала над этой выставкой два года и почти закончила ее. Я так благодарна и счастлива, что ее не отменили, а перенесли на следующий год, ведь выставку Сезанна в академии отменили совсем! Единственное, что нужно в ней изменить, связано с Улаем (Улай (30 ноября 1943 — 2 марта 2020), многолетний партнер и соавтор Марины Абрамович. — TANR). Он ушел в самом начале эпидемии, и мы даже не смогли устроить нормальные похороны… Итак, мне хочется сделать оммаж, посвящение, в память о нем. Но ничего другого менять мне не хочется, у меня на это нет никакого вдохновения. Коронавирус совсем не sexy, он меня не возбуждает. В то же время название выставки «После жизни» — это своего рода предсказание будущего.

«После жизни» также связана с идеей исторического наследия перформанса. Что вы чувствуете, думая о том, что ваши работы продолжат существовать не только тогда, когда вы исполняете их, но и в будущем?

Мне повезло, что моя мать была директором Музея искусства революции в Белграде и была абсолютно фанатична в отношении документации. Каждую выставку она документировала для себя. Я научилась этому у нее. Я архивирую все, что рисую, любую салфетку и клочок бумаги, каждое письмо, которое получила, все, что я сделала в своей жизни. Эти документы я оцифровала и упорядочила для выставки.

Марина Абрамович и Улай. «Влюбленные. Поход по Великой Китайской стене». 1988. Фрагмент перформанса. Фото: Courtesy of the artist

Еще важна моя 25-летняя карьера преподавателя. Я преподавала в Париже, Берлине, в Японии, провела множество мастер-классов. Я собрала вокруг себя группу молодых художников, чтобы учить их «методом Абрамович», который еще называется «уборка дома». А затем, после выставки «В присутствии художника» (ретроспектива в нью-йоркском Музее современного искусства (МoМА) в 2010 году побила рекорд посещаемости, на одноименный перформанс выстраивались многочасовые очереди. — TANR), я поняла, что публике очень интересно не просто смотреть на что-то, но быть частью опыта. Поэтому я создала «метод Абрамович для публики» — упражнения для развития сосредоточенности и концентрированности, необходимых для продолжительного перформанса. Продолжительный перформанс — это не три часа, он может длиться месяцами по восемь часов в день. Это подготовка публики и исполнителя перформанса к выставке. Все это у нас есть в Институте перформанса Марины Абрамович, включая коллекцию работ исторического перформанса.

Тема наследия для меня чрезвычайно важна. Это то, что останется после тебя. Тебе надо видеть, ради чего была твоя жизнь и чего ты действительно достиг. И если я оглянусь назад, для меня самым главным было ввести перформанс в мейнстрим, изобрести реперформанс, чтобы исторические произведения могли быть исполнены заново, по определенным правилам, и это искусство длительного перформанса.

Какова судьба вашего Центра Марины Абрамович, который вы собирались открыть в Нью-Йорке?

После успеха выставки «В присутствии художника» появилась мысль о том, чтобы создать центр перформанса, и я купила здание в северной части Нью-Йорка. Но вскоре стало понятно, что центр должен строить Рем Колхас, что это огромный проект стоимостью $31 млн, и это означает, что я как художник должна посвятить большую часть жизни не тому, чтобы делать свою работу, новые проекты, а тому, чтобы просто собирать деньги на центр. А как только мы соберем деньги на строительство центра, нам нужно будет собирать деньги на его запуск. И тогда мы отказались от этой затеи и подумали, что лучше всего быть кочевыми исполнителями. Мы заявили: «Не приходите к нам — мы придем к вам». И нас ждал успех. Мы отправились в Бразилию и провели там трехмесячный воркшоп, показывая молодых бразильских художников, и это собрало 250 тыс. зрителей. Мы приехали только на 12 дней в Австралию, в Фонд Джона Калдера, и за эти 12 дней у нас было 32 тыс. посетителей. Совсем недавно в Музей Сакыпа Сабанджи в Стамбуле к нам пришло 54 тыс. посетителей, 58 тыс. — в Музей Бенаки в Афинах. Так что мы достигаем большего, всего мира, приезжая в разные места, вместо того чтобы люди приезжали к нам в одно место.

Ян Фабр и Марина Абрамович. «Дева/Воин». Париж, Пале де Токио, 2004. Фрагмент перформанса. Фото: Attilio Maranzano/Courtesy of the artist

Некоторые из ваших работ были такими экстремальными, что возникают сомнения, возможен ли их повтор, реперформанс. Размышляете ли вы над тем, насколько велика опасность, которой вы подвергаете себя в ходе перформанса?

Это все мой собственный риск, потому что это мое собственное тело и я могу делать со своим чертовым телом все что захочу. Но я никогда не дам разрешения молодому художнику исполнять вещи, которые могли бы подвергнуть его опасности. У меня есть множество произведений, которые могут быть исполнены вновь. Не так давно дважды был исполнен перформанс «Дом с видом на океан», состоящий из 12 дней без еды, в молчании, под неусыпным надзором публики. Это очень глубокий духовный опыт, действительно связанный с опасностью.

Вы согласны с тем, что ваши работы могут быть важными для каждого, кто испытывает опыт изоляции?

Меня уже много раз спрашивали о том, что нам делать в изоляции. Люди так боятся быть наедине с собой и ничего не делать! И я сделала заявление, что ничегонеделание — это начало чего-то, и это глубокая философская истина. Когда вы действительно ничего не делаете, начинает происходить что-то еще. Ваше сознание углубляется, ваше видение мира, идея времени становятся другими, как и ваши размышления о смертности, о существовании на этой планете и причинах этого существования. Люди боятся глубоко погружаться в эти вещи. Они просто хотят развлекаться, быть с друзьями, хорошо проводить время. Но хорошо проводить время — это не совсем то, благодаря чему вы сможете по-настоящему изменить себя. На этот раз у нас есть время на трансформацию, и мне очень нравится предложение одного суфия, который говорит, что развод — это лучшее, что может случиться. И это то, с чем мы живем в это время.

А как насчет мира искусства, где рынок стал доминировать? Не кажется ли вам, что на арт-рынке будут большие изменения?

Слава богу, что арт-рынок больше не доминирует! Слава богу! Есть прекрасная книга Патти Смит «Просто дети» о том, как они жили вместе с Робертом Мэпплторпом. В ней говорится о 1970-х, о том, что художники никогда даже не мечтали, чтобы их работы стали товаром, чтобы они их продавали и обогащались. Потребность в творчестве была сильнее потребности дышать, они должны были жить ради творчества. В то время можно было говорить об очень чистом, невинном и очень честном искусстве. А затем искусство стало товаром, и вы знаете, как только мы продаем, к примеру, Модильяни за миллионы долларов — а он даже не такой уж, между нами, великий художник, — то весь мир становится разбалансированным. То есть сейчас мир возвращается к норме, возвращается к творчеству, к чистоте. Потому что экономика разваливается. Интересно, что искусство перформанса всегда исчезает, когда экономика достигает пика, и, наоборот, перформанс расцветает при развале экономики. Он как феникс, восстающий из пепла, потому что перформансу не нужно много денег, искусство перформанса дешево. Что хорошо в перформансе, так это то, что он является живой формой искусства. Это произведения во времени, которые чрезвычайно эмоциональны, когда они хороши, и могут по-настоящему изменить восприятие.

Инна Баженова, издатель международной сети The Art Newspaper, и Марина Абрамович. Фото: Jaime Turner

В Баварской опере 11 апреля должна была состояться, но была отложена премьера оперы «Семь смертей Марии Каллас», где вы выступили и режиссером, и актрисой, играющей героиню. Почему фигура Марии Каллас так важна для вас?

Когда мне было 14 лет, однажды я сидела на кухне у бабушки и завтракала. Играло радио (в те дни на Балканах у нас было радио и не было телевидения). И вдруг раздался голос. Так я впервые услышала пение Каллас. Помню, как будто электричество прошло через мое тело. Я перестала есть, встала и полностью погрузилась в этот голос. Это было нечто такое харизматичное, эмоциональное, трогательное. Я даже не поняла, о чем она поет. А потом по радио сказали, что это пела Мария Каллас, что именно — я не запомнила. Я захотела узнать о ней все и позже обнаружила между нами много сходства. У нас обеих были очень трудные отношения с матерями. И самое главное, в ней было вот это сочетание чрезвычайной хрупкости и чрезвычайной силы, которое она столько раз демонстрировала в своей жизни, а потом и в трагической смерти. На самом деле она умерла из-за любви. Она не хотела больше жить, когда умерла самая большая любовь ее жизни. И у меня было такое. Когда мой бывший муж умер, я тоже хотела умереть. Я не хотела есть, не хотела спать, не хотела ничего. Это был мой конец. Но я вернулась к работе и сделала свое искусство таким, какое оно сейчас.

Оно стало моим спасательным кругом. А у Каллас не было этой энергии, и она умерла. Опера — такое старомодное искусство, но меня удивило, что во многих классических операх женщина умирает, умирает ради любви. И я подумала: почему бы не собрать все эти смерти вместе и не создать «Семь смертей Марии Каллас», сочинив, таким образом, новую оперу? Что набралось? Удушение, туберкулез, радиация, гибель в огне, самоубийство, безумие, нож в «Кармен». Обычно опера длится четыре часа, очень долго, потому что так долго длится музыка. Но смерть намного короче, ты умираешь быстрее. Так что моя опера продолжается 1 час и 27 минут. И мы надеемся, что премьера состоится в сентябре, если все будет хорошо.

Насколько опыт художника во время его выступлений сопоставим с опытом духовных практик? Является ли он терапевтическим или разрушительным процессом для вас?

И то и другое одновременно. И духовным, конечно. Когда у меня появляется идея и она мне нравится, я не собираюсь осуществлять ее, потому что мне это неинтересно. Мне интересно только то, что беспокоит и является чрезвычайно трудным, то, от чего мне становится страшно, когда я думаю о том, что будет, если дойду до конца. Потому что мне нравится процесс и мне нравится трансформация. И начало — это ад, а в конце вы приходите к чему-то вроде духовного откровения. После очень трудных перформансов меня часто спрашивают о том, что я чувствую. И я всегда говорю: «Все, чего я хочу, — это мороженое».

Марина Абрамович работает над постановкой оперы «Семь смертей Марии Каллас» в Баварской опере. Фото: Courtesy of the artist / Wilfried Hösl

Если бы вы могли что-то изменить, что бы это было? Есть ли в вашей жизни что-то, о чем вы сожалеете?

Я не сожалею ни о чем в моей жизни. Моя жизнь не была легкой, она была трудной, но я люблю свою жизнь, потому что с каждым шагом я узнавала что-то иное. Единственное, чего мне жаль, — это то, что у меня нет таланта пения. Я бы обожала петь. Я правда завидую тем, кто выражает себя через голос.

Какой период своей жизни вы считаете самым счастливым?

Когда я жила с аборигенами в пустыне в Центральной Австралии между 1979 и 1980 годами. Я жила с двумя разными племенами, в самых невозможных условиях. Температура была плюс 55 градусов Цельсия, вокруг было полно мух и всякого ада, но именно тогда я больше всего была в ладу с собой, это было самое счастливое время в моей жизни.

Как бы вы написали об отношениях с Улаем в вашей биографии, если бы делали это сейчас, после его смерти? Осталась неоднозначность, и должны ли вы положить ей конец?

Мои отношения с Улаем были еще одними трудными отношениями. Это была любовь всей моей жизни, а затем она стала чем-то ужасным по глупым, обыденным причинам — из-за зависти, предательства и тому подобного. И когда мы наконец получили разрешение пройти по Великой Китайской стене (перформанс 1988 года, когда Марина и Улай прошли каждый по 2,5 тыс. км навстречу друг другу по стене. — TANR), мы, вместо того чтобы, как планировали, пожениться в конце, попрощались друг с другом и расстались, и после не разговаривали семь лет. Потом опять начали общаться, потому что должны были работать вместе, а затем был период, когда я была так зла на него, просто безумно — не хочу объяснять. И я отправилась в Индию на аюрведу. Тридцать шесть часов полета! Приезжаю в пять утра — и встречаю там его с женой. Я не могла поверить, что мы нашли друг друга в самом отдаленном месте планеты, и мы должны были оставаться там месяц, каждый день медитируя. После этого мы простили друг друга и стали друзьями. Поэтому моя биография не изменится. Все, что я написала, — правда. И прямо сейчас, знаете, я так счастлива, что мы достигли этого пункта под названием «прощение», потому что мне было бы неприятно, если бы между нами осталось что-то плохое, когда его уже нет в живых.

Марина Абрамович. «Балканское барокко». Фрагмент перформанса. Удостоен «Золотого льва» 47-й Венецианской биеннале (1997). Фото: Attilio Maranzano/Courtesy of the artist

Кажется, сейчас вы счастливы в личной жизни. Как вы переносите долгую разлуку с вашей любовью из-за пандемии?

Да, у меня прекрасные отношения сейчас, и я по-настоящему счастлива. Но скоро будет два месяца, как мы в разлуке. Знаете, как мы справляемся? Он читает мне книги каждый вечер перед сном. Это идеальный способ. Сейчас мы читаем «Красивую звезду» Юкио Мисимы, одну из его книг, написанных в 1960-х. И это отличный способ заснуть, и это реальная связь между нами.

Есть ли у вас заветная мечта? Можно ли сказать, что вы жили в своей собственной мечте в течение долгого времени?

Мне понадобилось много времени, чтобы добиться полной независимости в отношении моей семьи, в отношении общества и моего образа жизни, потому что я думаю, что художники должны быть свободными людьми. И я сделала это. И может быть, я на самом деле живу в своей собственной мечте, потому что делаю то, что я хочу, и никаких компромиссов.

Расскажите немного о ваших отношениях с Россией. Вы сделали большую выставку десять лет назад в Москве, в Музее современного искусства «Гараж», и читали лекции. Может быть, вас заинтересовал какой-нибудь русский художник? Кто ваши коллекционеры, знаете ли вы их лично?

Я бы не хотела говорить о коллекционерах, я не знаю, хотят ли они публичности. Это такая сложная система! Но, знаете, русская культура с детства была очень близка мне. Я воспитана на Толстом, Достоевском, Булгакове, Лермонтове. Одна из моих любимых авторов — Марина Цветаева. Все эти люди, песни, культура, кино — это мои глубокие корни. Когда бы я ни возвращалась в Россию, это всегда было чем-то вроде дежавю. К тому же мы пишем на кириллице, как и русские, поэтому я могу читать что-то. Языки разные, но это кое-что о русской душе, славянской душе. У нас есть эта вечная тоска, и то, как мы видим мир, всегда эта печаль где-то рядом, — это отражается в нашем искусстве в целом. Так что мне нравится Россия, она для меня нечто вроде большой таинственной земли для новых и новых открытий.

«Жизнь и смерть Марины Абрамович», опера-перформанс в постановке Роберта Уилсона. 2012. Фото: CAP/KFS/Capital Pictures/Eastnews

Вы приняли участие в съемках скандально известного проекта Ильи Хржановского «Дау». Могли бы вы рассказать о своем опыте? Теперь в прессе много споров об этом проекте и об этике действий Хржановского. Как оценивать «Дау» с точки зрения этики?

Я пришла в «Дау», думаю, в 2013-м. Это был один из самых интересных проектов, с которыми я когда-либо сотрудничала за всю свою жизнь. Если вы хотите сделать что-то великое, вы должны нарушать правила, а нарушение правил всегда вызывает лавину реакции. По отношению к его работе люди делятся на две группы: те, кто любит, и те, кто ненавидит. Это означает только одно: это отличная работа.

Что приносит вам утешение в это трудное время?

Прежде всего, я не чувствую трудных времен. Это моя проблема. Я не знаю. Предполагается, что все чувствуют эти трудные времена. Но что делать, если я не чувствую? Каждое утро я просыпаюсь счастливой, и я считаю, что единственное, что нам нужно, — это воспринимать каждый день как единственный день в нашей жизни. Я ежедневно думаю о смерти, но не из-за коронавируса, а просто как об идее умирания. Только когда вы понимаете, как коротка жизнь, вы можете осознать, что нужно вырвать из нее сорняки и жить полноценно каждый день, так, словно он последний.

Есть вещь, которую я считаю чрезвычайно важной. Это чувство юмора. Чувство юмора по отношению к себе и к миру. Моя работа выглядит такой серьезной, и люди всегда видят меня по-разному, но я веселая в жизни. Я люблю юмор, я люблю плохие, неполиткорректные шутки. А сейчас политкорректность делает нас невероятно нетворческими. Все, что я сделала в 1970-х, было бы невозможно сейчас из-за политкорректности. Это невероятно! Как бы то ни было, в будущем я хочу написать книгу шуток, но я должна быть очень-очень старой, чтобы мне было уже все равно, когда на меня начнутся нападки.

Марина Абрамович пропустит через себя миллион вольт и прольет собственную кровь

Марина Абрамович пропустит через свое тело электрический разряд в миллион вольт — новый экстремальный перформанс художницы состоится в 2020 году во время ее ретроспективы в Королевской академии художеств в Лондоне.

В числе других работ на выставке будет стеклянная скульптура Марины Абрамович в натуральную величину, из которой будет сочиться ее собственная кровь.

Марина Абрамович готовит перформанс совместно с испанской студией Factum Arte, которая сотрудничает со многими звездами мирового современного искусства, как например, Аниш Капур, Марк Куинн, Урс Фишер и Субодх Гупта, воплощая их концептуальные идеи в материале или разрабатывая для них технологические решения.

В основе готовящегося перформанса лежит эффект Кирлиана, который состоит в том, что на биологических и неорганических объектах возникает статический разряд. Предполагается, что, превратившись в «живую батарейку», Марина Абрамович сможет движением пальцев погасить свечу, расположенную в метре от нее, за счет электрического поля и ионизации воздуха вокруг нее.

Одна из пионеров перформанс-арта, 71-летняя Марина Абрамович на протяжении более полувека занимается исследованием физических пределов тела, природы насилия и эмоциональных связей между людьми.

Вспоминаем пять известных работ Марины Абрамович разных лет

«Ритм 5» — один из первых значительных перформансов в ее карьере, показанный в 1974 году. Марина Абрамович лежала внутри деревянной пятиконечной звезды, облитой нефтью, которую она подожгла в начале перформанса. Сначала она отрезала пряди волос и ногти с больших пальцев ног и бросила их в огонь, затем вошла внутрь звезды и легла на пол. «Я не заметила, что пламя уже поглотило почти весь кислород, — рассказывала Абрамович. — Я потеряла сознание, но публика не заметила этого, потому что я лежала на спине. Когда огонь коснулся моей ноги, а я никак не отреагировала, два зрителя зашли внутрь звезды и вынесли меня. Я была очень недовольна собой, потому что тогда поняла: существует предел физических возможностей; в бессознательном состоянии ты не отдаешь себе отчет в происходящем, а значит, теряется сама суть перформанса».

«Ритм 5»

«Ритм 0» — одна из ключевых работ в истории перформанс-арта, которая
сделала Абрамович знаменитой. Перформанс состоялся в 1974 году в Неаполе. Абрамович неподвижно стояла в зале, в котором на столе были разложены 72 объекта. Среди них были предметы, которые могли как доставлять удовольствие, так и причинять боль. Публике было разрешено манипулировать телом художницы в течение шести часов, используя любые объекты.

«Полученный мной опыт говорит о том, что, если оставлять решение за публикой, тебя могут убить, — вспоминала позже Марина Абрамович. — Я чувствовала реальное насилие: они резали мою одежду, втыкали шипы розы в живот, один взял пистолет и прицелился мне в голову, но другой забрал оружие. Воцарилась атмосфера агрессии. Через шесть часов, как и планировалось, я встала и пошла по направлению к публике. Все кинулись прочь, спасаясь от реального противостояния». Серебряно-желатиновая фотография перформанса была впоследствии продана на аукционе Christie’s в Лондоне за 26 600 долларов.

«Ритм 0»

«Балканское барокко» — мощнейший образ трагических югославских войн 1990-х годов. Перформанс был представлен в 1997 году на Венецианской биеннале. В течение четырех дней Марина Абрамович сидела посреди груды окровавленных коровьих костей, медленно омывая их по одной и напевая народные песни своего детства. «Когда меня спрашивают, откуда я родом, я никогда не говорю, что из Сербии, а всегда отвечаю, что я из страны, которой больше не существует», — объясняет Абрамович в одном из давних интервью. (Она родилась в 1946 году в Белграде, столице тогдашней Социалистической Федеративной Республики Югославия.)

«Балканское барокко»

«Обнаженная со скелетом» — в этом перформансе 2005 года Марина Абрамович лежит на спине, в таком же положении сверху на ней — человеческий скелет. Его голова — на ее лице, его ребра — на ее груди. Художница глубоко дышит, так что заметны движения грудной клетки: она как будто пытается вдохнуть жизнь в давно умершего человека. Скелет, по Абрамович, — это метафоричный образ «последнего зеркала, перед которым мы все окажемся», а сам перформанс воплощает диалектику живого и мертвого.

«Обнаженная со скелетом»

«В присутствии художника» — перформанс состоялся в 2010 году в нью-йоркском MoMA. На протяжении трех месяцев Абрамович проводила по восемь часов в музее, где молча сидела на стуле без подлокотников, а зрители по одному садились напротив, глядя ей в глаза. Таким образом устанавливался немой контакт между ней и незнакомцем: кто-то плакал, кто-то смеялся, одни смотрели подолгу, другие отводили глаза через несколько секунд. Всего в перформансе приняли участие 1000 человек. «Я не предполагала, что люди будут тратить время на то, чтобы просто посидеть напротив и посмотреть друг другу в глаза, — говорила Абрамович. — Я была поражена, обнаружив эту огромную потребность человеческого существа в контакте».

«В присутствии художника&raquo

 

 

 

Экстремальное искусство Марины Абрамович | Общество | ИноСМИ

Когда Марина Абрамович пришла на похороны Сьюзен Зонтаг в 2004 году, ее поразила скромность церемонии. Она считала, что ее подруга заслужила большого собрания людей, где многие из тех, кто любили ее, могли бы собраться, чтобы отдать дань памяти ее необычайной и насыщенной жизни.

После этого она решила не оставлять собственное погребение на волю случая (или кого-то еще) и обговорила с адвокатом все детали своего «последнего произведения».

Помимо дресс-кода (никто не должен быть в черном) и музыки (Энони исполнит «My Way») Марина Абрамович указала адвокату, что хочет, чтобы у нее было три могилы в трех самых дорогих для нее городах: Белграде, Амстердаме и Нью-Йорке. Та, где она на самом деле упокоится, будет держаться в тайне.

После прочтения недавно вышедшей биографии артистки «Идти сквозь стены» (Walk Through Walls) совершенно не кажется удивительным, что она хочет организовать собственные похороны с таким же вниманием к деталям, которое было свойственно всем художественным перформансам в ее жизни. С самых ранних лет ее жизненный путь — это долгий экстремальный спектакль.

Длящаяся вот уже почти 60 лет карьера принесла Марине Абрамович совершенно особую славу. Зрители готовы ночевать в палатках у музеев, чтобы только попасть на ее самые знаменитые представления и увидеть ее совместные работы со знаменитостями вроде Jay Z и Lady Gaga, которыми она занимается в перерывах между музейными выставками. Каждый новый ее проект привлекает самое пристальное внимание СМИ, а самые знаменитые — хорошо известны и детально изучены.

«Идти сквозь стены» — это увлекательная биография со множеством интересных деталей (она на самом деле восемь часов сидела на месте, не отходя в туалет во время перформанса «В присутствии художника») и парой эзотерических штрихов (ясновидящие, телепатия, силы тибетских монахов). В книге описывается, как Марина Абрамович развивалась в роли мастера перформанса, и как она популяризировала эту форму художественного выражения, став «крестной матерью перформанса».

© Wikimedia / Shelby LessigМарина Абрамович во время перформанса «В присутствии художника»


Марина Абрамович родилась в Югославии после Второй мировой войны в семье коммунистов и сторонников маршала Тито. Их уровень жизни был относительно высоким из-за положения в партийной иерархии. Однако ее детство не было простым: разрушительные отношения со строгой матерью и отстраненные — с любимым, но редко бывающим дома отцом.

Она нашла убежище в искусстве, единственном времяпрепровождении, в котором мать давала ей относительную свободу. Сценическое искусство она открыла для себя лишь в самом конце подростковых лет, однако мастерство бунтарской постановки было присуще ей с самого юного возраста. Так, маленькая Марина некоторое время попросту отказывалась ходить. Это решение она связывает с тем, что ее чуть ли не раздирали на части разные члены семьи. Уже подростком, она размазала по своей комнате и стенам коричневый гуталин, чтобы мать держалась от нее подальше. Состав напоминал с виду экскременты и обладал весьма неприятным запахом (о последствиях своего поступка она молчит).

Когда она только делала первые шаги как художница, искусство перформанса было еще совсем молодым движением, которое стремилось привлечь внимание художественных кругов. Марина Абрамович сыграла огромную роль в его распространении, расширив при этом границы искусства и собственных возможностей. Пользуясь собственным телом как инструментом, она испытывала в этой работе пределы боли, страха и человеческих отношений, чтобы достичь более высокого уровня сознания. Самая удивительная черта многих перформансов художницы в том, что она ставила на кон собственное здоровье и жизнь, чтобы достичь четко поставленной цели.

Она вовсе не стремится к смерти (более того, она не может принять самоубийства тех, «у кого есть творческий дар, потому что наш долг — делиться этим даром с другими»), однако возникающие у читателя сомнения вполне понятны, учитывая ее предрасположенность к тому, чтобы убиваться на работе.

The Guardian
The Wall Street Journal
The New York Times
BBC
Русская служба RFI
Одним из первых перформансов тогда еще 23-летней Марины стал шокирующий «Ритм 0» в художественной галерее Неаполя. Во время представления она поставила перед собой стол, на котором лежали 72 предмета, от розы до зеркала, от ножа до пистолета. На листе бумаги были обозначены простые инструкции: в течение шести часов «я — предмет. На это время я беру на себя всю ответственность». В конце вечера кто-то порезал ей шею ножом (шрам остался до сих пор), а кто-то другой даже взял пистолет и приставил его ей к виску. Присутствующие вмешались, чтобы не дать нажать на курок. «Я была готова взять на себя ответственность за последствия», — пишет Марина Абрамович о подготовке этого перформанса. В конце «на меня было страшно смотреть. Я была полуголая, и у меня шла кровь. Все волосы промокли». В итоге — большой успех.

На одном из предыдущих перформансов «Ритм 10» Марина Абрамович показала игру, в которую играют русские и югославские крестьяне во время попоек. Она села на пол перед зрителями и начала в быстром темпе бить ножом между пальцами. Происходящее записывалось на микрофон. Она издавала громкие стоны каждый раз, как промахивалась и резала пальцы. Так было с десятью ножами. Затем все началось заново с параллельным воспроизведением первой записи, тогда как второй магнитофон записывал новые всхлипы поверх старых. Перформанс закончился бурной овацией и принес понимание того, чего она могла добиться этой новой формой художественного самовыражения. «Я пережила абсолютную свободу, ощутило, что мое тело безгранично, что боль не имеет значения, и это опьянило меня… Я знала, что должна вновь ощутить это чувство, снова и снова», — пишет она. Так она и поступила.

Во время следующих перформансов она выцарапала у себя на животе звезду и легла на лед, сидела ровно четыре минуты и 20 секунд перед любовником Улаем, который целился стрелой прямо ей в сердце, бежала на полной скорости прямо навстречу ему, чтобы их обнаженные тела столкнулись, снова и снова. Провела 12 дней без пищи на глазах посетителей картинной галереи. Чистила огромную гору окровавленных коровьих костей в Венеции. Наконец, поставила спектакль о собственной смерти. Все эти перформансы отражают ту или иную часть жизненного опыта или личной истории Марины Абрамович и ее попытки расширить пределы выносливости и понимания самой себя.

© AP Photo, Luigi CostantiniЮгославская художница Марина Абрамович чистит огромную гору окровавленных коровьих костей на вытавке в Венеции


По окончанию представлений она отправлялась в столь же экстремальные места, чтобы оправиться от пережитого: в изолированный от мира монастырь в Гималаях, отдаленные уголки Индии, к бразильским шаманам.

Для излечения сердечных болей и восстановления от особенно тяжелой работы она отправлялась на поиски опыта, который бы расширил ее духовные границы с помощью суровых или странных очистительных ритуалов. Ближе к концу биографии Марина Абрамович говорит, что видит себя в форме трех человек: Марины-воительницы, духовной Марины и Марины-дурехи, «бедной маленькой Марины, которая считает чушью все то, чем занимается… Когда ей грустно, она смотрит плохие фильмы, съедает целую коробку шоколадок и засовывает голову под подушку, твердя, что никаких проблем не существует».

В конечном итоге, короткая соломинка достается именно ей.

Марина Абрамович, без сомнения, воительница и духовный человек. В перформансах она всегда сбрасывала все покровы (причем иногда в буквальном смысле), а в книге не упускает ни малейших деталей своей жизни. Оставшаяся горечь от воспоминаний о матери ощущается на всех страницах. Как и печаль в конце отношений с любимыми Улаем и молодым итальянцем Паоло (оба они ей изменяли). Она не скрывает от читателей пикантных подробностей сексуальных успехов или, наоборот, неудач своих любовников, однако создается ощущение, что она оберегает самую хрупкую часть своей личности. «Марину-дуреху, которая «проходила через ад перед каждым перфомансом» и позволяет иначе взглянуть на великую художницу. Ее зачастую задвигают в сторону страстные рассуждения амбициозной Марины или страдания Марины с разбитым сердцем. Как и в своем искусстве, Марина Абрамович устанавливает правила откровений, контролирует представление и дает читателю лишь то, чего хочет сама и ничего больше.

© РИА Новости, Валерий Мельников | Перейти в фотобанкОткрытие выставки Марины Абрамович «В присутствии художника»


В 2010 году во время перформанса «В присутствии художника» в рамках ретроспективы Музея современного искусства Марина Абрамович сидела на стуле три месяца по восемь часов в день, не спуская взгляда с потока посетителей. Этот перформанс стал одним из самых знаменитых и важных для нее и позволил продемонстрировать широкой аудитории его «преображающую силу, которой нет у других форм искусства». Как она пишет, «этот перформанс вышел за границы перформанса. Это была сама жизнь… Я стала все больше убеждаться в том, что искусство должно быть отражением жизни, принадлежать всем. Я как никогда ощутила, что у всего, что я сделала, есть цель». Биография буквально переполнена этим прекрасным беспорядком, чудесной и сложной смесью искусства и жизни.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram и получайте переводы самых ярких материалов зарубежных СМИ.

Марина Абрамович - Wikipedia, la eniclopedia libre

Википедия todavía no tiene una página llamada «Марина абрамович».


Busca Marina abramović en otros proyectos hermanos de Wikipedia:
Wikcionario Wikcionario (diccionario)
Wikilibros Wikilibros (учебные пособия / учебные пособия)
Wikiquote Wikiquote (citas)
Wikiviajes Wikisource (библиотека)
Wikinoticias Wikinoticias (noticias)
Wikiversidad Wikiversidad (contenido académico)
Commons Commons (imágenes y multimedia)
Wikiviajes Wikiviajes (viajes)
Wikidata Wikidata (дата)
Wikiespecies Википедии (виды)
  • Comprueba У Comprueba si есть условное обозначение правильной формы, правильной и правильной, как в Википедии, так и в добровольном обмене информацией.Си-э-э-э-э-э-э-э-э, правильно и правильно, Викимедиа donde quizás podrías encontrarla.
  • Busca Busca «Marina abramović» и текстовые сообщения из Википедии.
  • Nuvola apps fonts.png Консультация по художественному оформлению «Марина абрамович».
  • Enlaces Buska las páginas de Wikipedia que tienen включает в себя «Марина Абрамович».
  • ¿Borrada? Сюй хабиас креадо ла паджина кон эсте номбре, лимпия каше де ту навегадор.
  • Symbol delete vote.svg También puede que la página que buscas haya sido borrada.

Si el artículo incluso así no existe:

  • Crear la página Crea el artículo utilisando nuestro asistente o solicita su creación.
  • Traducir Puedes traducir este artículo de otras Wikipedias.
  • Aviso Ru Wikipedia únicamente pueden incirse textos enciclopédicos y que tengan derechos de autor совместимые с лицензией Creative Commons Compartir-Igual 3.0. Нет информации о правах ребенка.
  • Ten en cuenta Ten en cuenta también que:
    • Статьи об информации и информации serán borrados - версия «Википедия: Esbozo» -.
    • Искусство публикации и автопромышленность serán borrados - версия «Wikipedia: Lo que Wikipedia no es» -.
,

Марина Абрамович: художник присутствует

В этом ретроспективе спектакля прослеживается плодотворная карьера Марины Абрамович (Югославия, 1946 г.р.), насчитывающая около пятидесяти работ, охватывающих четыре десятилетия ее ранних выступлений, и звуковые фрагменты, видео-работы, инсталляции, фотографии, сольные выступления и совместные выступления, сделанные с Ulay (Uwe Laysiepen). В стремлении передать присутствие художника и сделать ее исторические представления доступными для широкой аудитории, выставка включает в себя первые живые повторные исполнения работ Абрамовича другими людьми, которые когда-либо проводились в музейной обстановке.Кроме того, новая оригинальная работа, выполненная Абрамовичем, ознаменует самое продолжительное время, в течение которого она исполнила одну сольную пьесу. (Обратите внимание: Абрамович не будет выступать во время вечеров МоМА.) Все спектакли, одно из которых включает участие зрителя, будут проходить в течение всей продолжительности выставки, начиная с открытия музея каждый день и продолжая до его закрытия, чтобы посетители ощутят вневременность работ. Хронологическая инсталляция работы Абрамовича будет включена в галерею Джоан и Престона Роберта Тиша на шестом этаже музея, где будут представлены различные способы представления, документирования и экспонирования ее эфемерных, временных и медийных работ.Выставка сопровождается иллюстрированным каталогом, который включает в себя аудиозапись голоса художника, направляющую читателя к публикации. Работы на выставке выполнены:

Мария Хосе Аржона, Бриттани Бэйли, Джон Бонафед, Лидия Браунер, Рэйчел Бреннеке (она же Бон Джейн), Ребекка Брукс, Изабелла Бруно, Альфредо Ферран Калле, Сяо Чен, Ребекка Дэвис, Анджела Фрейбергер, Кеннис Хокинс Элана Кац, Синтия Коппе, Хизер Кравас, Гэри Лай, Эбигейл Левин, Жаклин Лоунсбери, Изабель Лумпкин, Эльке Люйтен, Александр Лайл, Джастин Линч, Том МакКоли, Ник Морган, Эндрю Ондрейжак, Юри Онуки, Уиллс, Ронс Орсорико Джордж Эмилио Санчес, Ама Сару, Джилл Сигман, Мария С.Х. М., Дэвид Томсон, Лейард Томпсон, Амелия Узатеги Бонилла, Дебора Винг-Спроул, Йозмит и Джерами Циммерман.

Организовано Клаусом Бизенбахом, главным куратором музея современного искусства и директором Центра современного искусства PS1.

.